Глава 727

Глава 731. Пронизывающий до костей напор

На окраине базы, расположенной на противоположном берегу реки, стоял тёмный жилой дом без единого огонька.

К нему стремительно приблизилась огненно-красная тень, с пронзительным свистом нырнула в один из подъездов и исчезла.

Спустя мгновение в комнате на верхнем этаже тень появилась вновь. Пульсирующая огненная энергия на её боевом доспехе постепенно угасла, и вокруг снова воцарилась тьма.

И в этой кромешной тьме раздался ледяной голос, полный презрения:

— Чжао Баочжу, какая у тебя смелая натура!

При этом холодном окрике тень не осмелилась даже вздохнуть.

Ледяной голос из темноты продолжил допрос:

— Я спрашиваю тебя, во сколько тебе было велено явиться сюда перед выступлением!?

Тень, запинаясь от страха, пролепетала:

— В т-т-три, в т-три часа.

Ледяной голос холодно осведомился:

— А сейчас сколько времени?

Тень сглотнула слюну и, нервничая, ответила:

— Т-три, три с, с, с небольшим, г-господин, позвольте объяснить, по пути случилось непредвиденное, враги устроили засаду, я сражался в кровавом бою, прорывался —

Ледяной голос тут же оборвал его:

— Врать мне — это усугубляет твою вину! Ты думал, за тобой никто не следит?!

Тень мгновенно замолчала, слышалось лишь её тяжёлое дыхание да бешеный стук сердца.

Ледяной голос, помолчав мгновение, произнёс глухо:

— Ваш Учитель Ю и командир Юй сейчас внутри ведут кровавую битву. То, что ты опоздал, может, и к лучшему — ворваться сейчас будет даже правдоподобнее. Я даю тебе шанс искупить вину подвигом. Если не возьмёшь эту позицию — явишься ко мне со своей головой.

Тень наконец перевела дух и, стиснув зубы, ответила:

— Будьте спокойны, я, Чжао Лаосань, ем ваш хлеб, а значит, буду служить вам верой и правдой до последней капли крови!

С этими словами тень отступила на два шага и с лёгким шорохом исчезла из комнаты.

Вскоре за пределами жилого квартала в темноте прочертила прямую линию красная тень, а за ней, словно метеоритный дождь, с воем неслись огромные жуки, устремляясь прямо к базе, объятой пламенем далёкого сражения.

Зарево пожаров делило этот мир надвое: внутри была выжженная добела преисподняя, снаружи — океан тьмы.

На стыке двух стихий, там, где свет встречался с тьмой, образовалось безлюдное кольцо. Внутри кольца люди сражались насмерть, а снаружи простые обыватели в панике пытались бежать, образуя огромные людские потоки, которые отрезали только что прибывшую стальную армаду от цели.

— Господин, этот человек низок и бесстыден, на него нельзя полагаться в серьёзных делах, — раздался в тёмной комнате ещё один, низкий голос.

Тот, кто говорил прежде ледяным тоном, теперь спокойно спросил:

— На кого он на этот раз положил глаз?

Низкий голос ответил:

— Людей слишком много, не разглядел.

В этот момент оглушительный взрыв пронзил небо, и с военной базы взметнулась ослепительно-белая вспышка, на миг озарив всё вокруг на несколько ли ярким, как днём, светом.

Свет проник сквозь окна в тёмную комнату, отбрасывая тени людей на белые стены. Они выстроились, словно частокол: двенадцать слева, восемь справа, и только одна тень в центре образовывала нечётное число.

Хозяином этой тени был Чу Юньшэн. Стоя у окна и глядя на точку, излучавшую свет, подобный дневному, он нахмурился и произнёс:

— Цишэн, я понимаю твою мысль, но сейчас стрела уже на тетиве… Когда всё устаканится, если он посмеет снова бесчинствовать, я, естественно, не буду мягкосердечным.

Затем он помолчал и добавил:

— Ты — капитан новой команды «Лёд и Пламя» из двенадцати человек, относишься к отряду пробуждённых. А он — человек Лао Ю. Боюсь, он тебя не послушается. Пока оставь это дело.