Глава 10
. . . . . . . . . .
— Кто же это? — Тео передал Драко кувшин с тыквенным соком и в замешательстве уставился на Милли.
— Колин Криви, — повторила девушка. — Ну, знаешь, маленький гриффиндорец с камерой, который повсюду ходит за Поттером.
Тео бросил быстрый взгляд на Драко и довольно сухо сказал, — Мы не все уделяем достаточно внимания Поттеру, чтобы знать, кто члены его фан-клуба, Милли.
— Ну, он собирался навестить Поттера в больничном крыле — ему пришлось восстанавливать кости после игры, вы знаете, потому что Локхарт не справился с его сломанной рукой — и он был в оцепенении. Совсем как кошка.
— Этот парень меня раздражает, — сказала Пэнси. — Не могу сказать, что мне жаль, что я больше не буду постоянно сталкиваться с ним и его дурацкой камерой.
— Он грубый, — сказала Гермиона, пожимая плечами. — Ему как будто и в голову не приходит, что люди не хотят, чтобы им постоянно совали эту штуку в лицо.
— Я не знал, что он беспокоит тебя, — сказал Драко с опасным выражением на лице, и она пнула его под столом.
— Я могу о себе позаботиться, Драко. Прекрати нести эту чушь с братом-защитником.
Блейза внезапно охватил приступ кашля, и Гермиона замолчала достаточно надолго, чтобы посмотреть на него, но он отмахнулся от нее.
— Он хотел написать портреты всех магглорожденных в Хогвартсе и не принимал отказа. Ни «Спасибо, но мне это неинтересно», ни «Нет», ни «Отвали», — она пожала плечами. — Я думаю: «если ты еще раз ткнешь мне эту штуку в лицо, я разобью ее на такое количество осколков, что ни один репаро в мире не сможет ее починить», — наконец дошло до него.
— И что он на это сказал? — спросил Драко и, когда Гермиона покраснела, пристально посмотрел на нее. — Скажи мне, — настаивал он.
— Я думаю, это было что-то вроде «заносчивый слизеринец», — отрезала она. — Я сказала, что он был груб.
— Я слышал его, — сказал Винсент с набитым лепешкой ртом. — Он сказал, что ты заносчивая слизеринская стерва, которая думает, что она лучше всех остальных.
Гермиона пожала плечами, плотно сжав губы. — Ну да, — сказала она, — Может, я и стерва, но по крайней мере не такая.
— Почему ты хочешь быть сгруппированной с кучей грязи?… Во всяком случае, такими магглорожденными? — спросила Пэнси. — Не похоже, чтобы у тебя было с ними что-то общее.
— Именно. — Гермиона улыбнулась девушке. — Если бы он сказал, что хочет написать портреты всех слизеринцев второго курса, я бы заинтересовалась.
— Кстати, о магглах, — сказала Дафна, и Гермиона усмехнулась.
— Я попрошу маму купить еще.
— Опять магглы? — спросил Тео, и все девочки захихикали, а Пэнси пробормотала, — Не беспокойся об этом, Тео.
. . . . . . . . . .
Потребовалось несколько дней, чтобы оцепенение Колина Криви и то, что оно означало, полностью распространилось. — Тайная Комната открыта, — шептали студенты друг другу. — Все магглорожденные в опасности.
— Кто-то должен ходить с ней повсюду, — настаивал Драко. — Пусть другие факультеты заботятся о своих людях; слизеринцы защищают наших.
. . . . . . . . . .
Когда Гермиона призналась, что собирается остаться в Хогвартсе на рождественские каникулы, Драко тут же согласился остаться. — Хотя, — сказал он ей, — Если я не приведу тебя домой на ужин, по крайней мере, однажды вечером, моя мать сделает вид, что она выглядит разочарованной во мне.
— Похоже, это не самая худшая судьба, — сказала Гермиона, и Драко только фыркнул.
. . . . . . . . . .
Идея дуэльного клуба заинтересовала всех; возможно, впервые с начала учебного года Гермионе не терпелось пойти на внеклассное мероприятие. Изучение проклятий в абстрактном виде было хорошо, но изучение того, как на самом деле использовать их, ну, это звучало намного лучше.
Тео и Блейз застонали, когда увидели, кто управляет клубом, и Гермиона уставилась на них. Локхарт прошелся по комнате, его мантия развевалась, и она едва сдержала вздох. Блейз взглянул на нее и ухмыльнулся.
Снейп прислонился к стене рядом с собравшимися слизеринцами и наблюдал, как другой профессор объясняет правила клуба со снисходительной усмешкой на лице. Когда двое мужчин действительно дрались, давая демонстрацию перед началом занятий, Снейп держал свою палочку с небрежной уверенностью, в то время как Локхарт крутился и суетился. Она слегка дернулась. Дуэль, подумала она, не самое подходящее место для хвастовства. Когда Снейп рявкнул «Экспеллиармус!», и вспышка алого света отбросила Локхарта назад, она посмотрела на одетого в черное, непривлекательного профессора зелий оценивающим взглядом, в то время как ее соседи приветствовали своего главу факультета.
Локхарт начал бормотать о том, что это было очень просто и превосходно продемонстрировать, но разве Снейп не чувствовал этого… и она отключилась от него, обдумывая способы обезоружить своего противника. Увидит ли это большинство людей? Что послужит для лучшего нападения: что-то кричащее или что-то основное, блестяще выполненное?
— Я думаю, что чье-то маленькое увлечение было, э-э, раздавлено, — сказал Блейз театральным шепотом Драко, который посмотрел на Гермиону и ухмыльнулся.
— Это была поучительная дуэль, — только и сказала она.
Ученики быстро разбились на пары; Гермиона не удивилась, увидев, что Снейп свел Драко и Поттера вместе. Когда он поместил ее с какой-то девушкой из Гриффиндора, она недовольно посмотрела на него, и он прошептал ей на ухо, — Если мне придется отвести эту маленькую дурочку в лазарет, я буду очень недоволен. Будьте осторожны, Мисс Грейнджер.
Она вежливо кивнула другой девушке, которая оглядела ее с ног до головы и сказала, — Я не знала, что магглов распределяют в Слизерин.
— Нет, — согласилась Гермиона. — Но волшебники знают.
— Сейчас, — сказал Локхарт. — На счет «три», только разоружение. Один. Два. Три.
К тому времени, когда буква «и» полностью вылетела изо рта мужчины, Гермиона уже держала в руке палочку другой девушки и повернулась посмотреть, что происходит с ее друзьями. Поттер швырнул в Драко Риктусемпра, и она закипела. Только обезоруживает, да? Драко упал, хихикая, от щекочущего заклинания, но все же выстрелил танцевальное заклинание, и Поттер начал делать джигу.
— Довольно! — крикнул Снейп и положил конец обоим чарам. Гермиона швырнула палочку обратно в своего никчемного противника и направилась к Драко, но Тео оттащил ее назад.
— Он должен это сделать, — прошипел Тео. — Ты не можешь пойти и защитить его.
— Поттер…
— Не следовал правилам? — с усмешкой спросил Тео. — И это тебя удивляет?
Она скрестила руки на груди, но позволила Тео удержать себя.
— Давай попробуем еще раз, только одну пару, — сказал Локхарт. — Мы позволим вам, ребята, показать, как блокировать эти недружественные заклинания. — Локхарт взял Гарри и начал показывать ему какое-то сложное заклинание, которое включало в себя много взмахов палочкой. Гермиона смотрела на него с растущим презрением. Тем временем Снейп шептал инструкции на ухо Драко.
Когда дуэль началась, Драко крикнул «Серпенсорция!», и Гермиона с удивлением увидела, как большая черная змея появилась из кончика палочки Драко и начала двигаться к замершему Поттеру.
— Если ты боишься, Поттер, — протянул Снейп, — Я могу от нее избавиться.
— Позвольте мне, — сказал Локхарт и театральным взмахом волшебной палочки подбросил змею в воздух. Когда она приземлилась, то оказалась прямо перед каким-то мальчиком, которого Гермиона не знала.
Поттер зашипел на змею что-то неразборчивое, и та рухнула. Гермиона смущенно посмотрела на Блейза, но мальчик смотрел на Поттера с холодным оценивающим выражением на лице. Она оглянулась на разворачивающуюся перед ними сцену, когда мальчик, которого только что спасли от змеи, закричал на Поттера и выбежал из комнаты. Люди находили причины, чтобы отойти от Поттера, который выглядел таким же смущенным, как и она, пока Тео не выдохнул ей в ухо, — Значит, он говорит на парселтанге, — и тогда она поняла.
Она посмотрела на Драко, который улыбнулся ей, затем на Снейпа, который встретил ее вопросительный взгляд с непроницаемым выражением, даже когда он взмахнул палочкой, и змея исчезла в облаке черного дыма.
. . . . . . . . . .
— Итак, теперь, когда мы знаем, что он говорит со змеями, — сказал Драко, — Мы можем поговорить о том, является ли он наследником?
— Если бы мы услышали, как он хвастается, — сказала Гермиона, запинаясь, — Или мы бы задали ему вопросы об этом, и он сказал бы нам… но нам придется нарушить множество правил, пробраться в гриффиндорскую гостиную и …
— Как бы мы это сделали? — спросил Драко, прищурившись.
— Есть способ, — признала она. — Но это может быть опасно и …
Тео закатил глаза. — Ты собираешься сказать это в ближайшее время?
— Оборотное зелье, — выпалила она. — Профессор Снейп говорил об этом на уроке. Сложно сделать, но это превращает тебя в кого-то другого. Мы превратились бы в … ну, в Уизли и его младшую сестренку, которая вечно строит глазки Поттеру, и… никто бы не узнал, что это мы! Поттер сказал бы нам все, что угодно, если бы думал, что мы были частью его обожаемого фан-клуба.
Тео медленно кивнул. — Нам придется работать быстро; если я правильно помню, это пройдет примерно через час.
— А как мы получим рецепт? — спросил Драко.
— Закрытая секция библиотеки,- сказала она. — Я получу разрешение от Снейпа на проход, ну не знаю, ради дополнительных исследований по зельям. Ты же знаешь, что он даст его мне.
— Он бесстыдно благоволит тебе, — сказал Драко.
— Это моя вина, что я хорошо учусь, — сказала она, тряхнув волосами.
— Мерлин, — пробормотал Тео. — Смотри, куда швыряешь эту дрянь. Ты можешь выбить кому-нибудь глаз.