Глава 137

Исаак сдержал свое слово и делегировал Лайле роль представителя Нью Порт Сити на переговорах. Известие о воссоединении Порт и Нью Порт Сити стало достаточно неожиданным для публики, но еще более удивительным было услышать, что в качестве помощника Зеромана и представителем города стала Лайла, девочка, которая считалась еще ребенком.

Тем временем в Порт Сити царил хаос. Потеряв своего первоначального представителя Зеромана, они поспешно искали нового. Когда жители города заклеймили его как предателя, на лице Зеромана появилось много новых морщин. Они опасались, что он ни за что не отдаст права на водный путь, главный козырь Порт Сити в этих переговорах.

— Они что, уже передрались между собой? — ошеломленно спросил Исаак, когда Риззли со смехом доложил ему о происходящем.

— Да. Похоже, они думают, что подтолкнуть Лайлу к нужному решению будет очень простой задачей.

Если бы они смогли добиться этого, Порт Сити получил бы преимущество в этих переговорах.

— Ну, это правда, что им будет достаточно просто приготовить нашу малявку на свой вкус, — пробормотал Исаак, глядя на Лайлу, которая ухаживала за игравшей с Кюнетт и Рейшей Джулией. Как бы не старалась Лайла изображать из себя взрослую, она все еще оставалась ребенком.

Существовали объективные причины тому, что люди обращали внимание на опыт, возраст и бэкграунд. Не говоря уже о том, что Лайла еще не доказала, что достаточно одарена, чтобы ее пригласили в Университет, несмотря на обещания.

— Не знаю, почему они так возмущены этим, когда очевидно, что все это направлено на то, чтобы дать Лайле нужный опыт.

— Люди выставляют себя дураками по трем причинам.

— И по каким же?

— Религия, любовь и жадность.

Риззли кивнул, видимо, убежденный Исааком.

— Ладно, оставим пока этих дураков в покое. В конце концов, они скоро сами себя до могилы доведут. Как там поживают Лихтены?

Риззли пожал плечами.

— В этом месте явно царит суматоха.

Многие из оставшихся преемников семьи очень бурно восприняли новости о попытке наследника Лихтена убить Исаака и, как следствие этого, об объявлении провинциальной войны. Чтобы навести порядок, сначала им нужно было отказать виконту Айнцу в праве на титул. С этим никаких проблем не возникло, процесс прошел быстро и гладко. Но следующий шаг — выбор нового преемника — помешал им двигаться дальше.

Каждый боролся за установление своей собственной ветви семьи в качестве официальной линии преемственности. Даже столичный Административный Департамент, который вмешался, чтобы предотвратить вспышку провинциальных войн, испытывал изнеможение.

Все в полный голос орали о том, что являются законными преемниками, не позволяя Лихтенам в целом вести переговоры с Исааком, даже если бы они этого хотели. Административный Департамент заявил, что объявление провинциальной войны будет принято, если Лихтены смогут придумать условия переговоров, но это только подлило масла в огонь.

Лихтены разделились на множество фракций — от провоенной, утверждающей, что бояться нечего, до тех, кто настаивал на принятии предложения Исаака и миграции в другие места со всем своим богатством. Были так же и те, кто требовал соблюдения чести и традиций, и настаивал на выборе нового маркиза до продолжения переговоров. И это породило новую волну хаоса.

— И что все это время делал Толстяк?

— Кажется, убеждал их по одному, навещая лично. Хотя прогресс до сих пор невысок.

— Странно. Что именно заставляет их придерживаться этой глупой бравады, когда они должны бы убегать, зажав хвост между ног? — с любопытством склонил голову Исаак, и Риззли ответил горькой улыбкой.

— Я подозреваю, что всему виной действия Централа.

— Неужели Департамент Стратегии снова вмешался?

— Не совсем. Скорее их воодушевило бездействие Централа в отношении покушения на выпускника Университета. Все из окружения Лихтена, знавшие о Конфедерации Чистой Крови, погибли, но у них все еще есть другие связи с разной степенью влияния.

Выражение лица Исаака слегка изменилось.

— Ах, я и забыл.

Одной из причин, по которой Университет вызвал восхищение и зависть, была абсолютная защита, которую обеспечивал Централ.

Всем было известно, что при ранении или гибели выпускника Университета Централ не оставлял без внимания ни одного камешка, ни одной пылинки. Но все тот же Централ даже пальцем не шевельнул, когда Исаака чуть не убили, что почти стало причиной объявления провинциальной войны.

По правде говоря, причина расследования смерти или ранения выпускников Университета была тривиальной. Просто Централ слишком боялся утечки конфиденциальной информации, поскольку многие выпускники были так или иначе с ним связаны. Все хищения, коррупция и другие преступления, которые раскрывались по ходу расследования, являлись фактически лишь бонусом. Не говоря уже о том, что объединенные священным долгом защиты этого мира агенты безжалостно взывали о мести, когда кого-то из них обижали, в любом виде, в любой форме.

Проще говоря, один за всех и все за одного. Если бы Исаак был обычным выпускником Университета, Централ без всяких вопросов и переговоров двинулся бы на прочесывание Лихтенов, и вернулся бы с заявлением об их безоговорочной капитуляции.

Однако Исаак являлся захватчиком третьего типа, поднявшимся на вершину иерархической лестницы в качестве Директора Департамента Безопасности исключительно благодаря влиянию Королевы. Вот почему реакция всех агентов была сродни банальному «ну и что?», когда на него напали. К тому же этот инцидент был полностью результатом плана самого Исаака, поэтому Централ не стал действовать. Хотя для общественности, конечно, создали иную видимость.

— Централ ничего не предпринял даже после того, как выпускник Университета чуть было не погиб. Я понимаю, почему они все неправильно поняли, — усмехнулся Риззли, и Исаак с легким вздохом проворчал.

— Это будет выглядеть странно, если вы сейчас вмешаетесь, верно?

— Слишком поздно. Не говоря уже о том, что мы бы вообще не стали действовать в такой ситуации.

Исаак сжал губы и снова вздохнул. Он откинулся на спинку кресла, сцепил руки вместе и положил их себе на живот.

— Проклятие. Я облажался. Ну надо же, забыть о таком простом решении этой проблемы…

Риззли озадаченно оглянулся, когда Исаак снова изменил позу и обернулся к Лайле.

— Эй, малявка!

До этого момента игравшая с Джулией, девочка тут же подбежала к нему. Джулия подошла тоже, ее рука крепко сжимала руку сестры. Выглядела малышка всерьез встревоженной этим окриком. Спрятавшись за сестрой, она то и дело украдкой поглядывала на Исаака.