Часть 38

От предвкушения у Мадары зашумело в ушах. Он подхватил Сакуру на руки и отнес в спальню. По пути Сакура исступленно целовала его, она так крепко сжала ногами его талию, что он был уверен: у него останутся синяки после ее пяток.

Мадара охотно принимал ласки, слушая вздохи удовольствия. Он пинком захлопнул дверь и, бросив Сакуру на кровать, стремительно накрыл ее тело своим.

Их охватил жар, они были скользкими от пота в духоте ее крошечной квартиры. Мадара чуть потерся о бедра Сакуры, когда она подалась ему навстречу. Он вдавил ее в матрас, расположив руки по обе стороны от ее головы, и начал осыпать поцелуями ее шею, ключицы и грудь, виднеющуюся из-под лифчика.

Сакура потянулась к волосам Мадары, призывая его стать еще ближе к ней. Он наслаждался ее частыми вздохами и дрожью, охватившей все ее тело. Мадара ухмыльнулся.

Быстрым движением одной руки он обхватил ее запястья и поднял их над ее головой.

Сакура выжидающе смотрела на Мадару, но он был так ею очарован, что замер. Распущенные розовые локоны лежали словно нимб, изумрудные глаза горели страстью.

Мадара считал: ему повезло быть красивым мужчиной, поэтому у него никогда не возникало проблем с соблазнением женщин. Однако ни одна из его предыдущих пассий не смотрела на него так, как сейчас Сакура. Впервые он чувствовал, что его так отчаянно желают.

У Сакуры был такой вид, словно она хотела сожрать его, заявить всему миру, что он принадлежит только ей. Ее взгляд был подобен жидкому огню, и Мадара готов был тонуть в нем, сгореть дотла от собственной похоти.

— Ты убиваешь меня, — пробормотал он, целуя Сакуру в лоб с неуместной нежностью.

Сакура потянула руки в нерешительной попытке освободить их. Она нахмурилась, покачав бедрами.

— Поцелуй меня, — требовательно произнесла она, ее тон был слишком резким, учитывая, какими развратными были ее слова. — в губы, — уточнила она, как будто внезапно испугалась, что он может снова целомудренно чмокнуть ее в лоб.

Мадара ухмыльнулся и послушно исполнил ее приказ. Он начинал привыкать к непристойному, но безумно эротичному способу, которым она целовала его, к тому, как она ласкала его язык своим. Сакура продолжала свои старания избавиться от хватки на запястьях, пока Мадара сминал ее губы, однако он держал крепко: понимал, что на самом деле она лишь имитировала сопротивление.

— Ты очень горяч, — пробормотала Сакура ему в рот, выгибая спину в поисках драгоценного контакта кожа к коже. Рыкнув, свободной рукой он закрыл ей рот.

Мадара сжал коленями ее бедра, тем самым обездвижив ее, чтобы не потерять то немногое самообладание, которое у него осталось. В принципе, он с удовольствием бы послал его к чертям, но сначала ему нужно было кое-что сказать.

— Я не оставлю тебя, — уверенно заявил Мадара, не слишком успешно игнорируя трепет внизу живота, когда Сакура лизнула его ладонь. — я не собираюсь тебя бросать. Я…

Внезапный толчок чакры взбудоражил все его тело. Мадара с визгом отпрянул от Сакуры. Освободившись, она не стала сдерживаться, обхватила пальцами полуопавший член, возвращая былое возбуждение.

— Сакура, подожди…

— Я не хочу ждать, — возразила она, качая головой, снова поднимая бедра. Мадара чувствовал влажную ткань ее трусиков на себе, и его мысли стали менее связными. — я хочу, чтобы ты был внутри меня. Немедленно.

Тонкая ткань кружевного бюстгальтера натягивалась на ее набухших грудях с каждым ее вздохом. Мадара забыл, почему просил ее подождать и что вообще хотел сказать. Похоже, Сакура не нуждалась в этих заверениях.

Поэтому Мадара потянулся к блестящей застежке и расстегнул лифчик, открывая своему взору великолепные груди Сакуры, разглядывая, какими твердыми были соски. Без тени сомнений, которые мучили его еще минуту назад, Мадара накрыл губами обнаженную кожу.

Он взял сосок в рот, наслаждаясь тем, как Сакура стонала и выгибалась под ним. Она извивалась, пока он нежно посасывал, а затем мягко щелкал по нему языком.

Ее всхлипы становились все громче и проникали прямо в сердце Мадары. Сакура провела большим пальцем по другому соску. Мадара схватил ее руку и поднес к своей груди. Поняв намек, Сакура начала игриво ее поглаживать.

Прикосновения Мадары действительно заводили, Сакура прижимала его к себе с такой силой, что он едва мог дышать.

Вцепившись в его волосы, невольно она начала потираться промежностью о его живот.

Подобные движения могли довести Сакуру до оргазма, и если она не сбавит темп и опустится немного ниже, то, возможно, и Мадару тоже.

Но он не мог отказать ей в ее просьбе. К тому же, она практически себя не контролировала. В Мадаре проснулась мужская гордость: именно он довел ее до исступления. Не Саске и не те развратные книжки, которые она любила почитывать на досуге.

Мадара грубо потянул ее сосок, отчего Сакура громко вскрикнула. Она снова толкнулась в него бедрами, и он почувствовал, как член становится все тверже и тверже, пока не задел ее округлую попку.

Мадара просунул пальцы под резинку ее трусиков и стянул их до колен.

Выбор был сделан, и сейчас он ее трахнет. По большому счету, Мадара хотел этого еще тогда, когда впервые увидел ее на утесе с пошлой книгой в руках. И после — каждый раз, когда она касалась его губами, когда дарила ему легкую улыбку. Понимала ли Сакура, как страстно он желает ее?

Нет, не понимала, подумал Мадара, проводя кончиками пальцев от ее плеча вниз к бедрам. Она понятия не имела, как вскипает кровь в его венах, стоит ему увидеть ее.

— Мой хрупкий маленький Подсолнух, — промурлыкал он, и на его лице появилась ухмылка.

— Я не хрупкая, — огрызнулась Сакура, но ее агрессия только разожгла уже зарождающееся в его груди пламя.

Он приподнял ее и просунул руку под нее, прижимая ладонь к пояснице.

— Ты уверена? — поддразнил он, обжигая поцелуями ее шею, щеки и губы.

— Более чем.

Мадара резко перевернул ее на живот. Сакура взвизгнула, упираясь локтями в матрас.

Ее спина была гладкой и безупречной — идеальный холст, который он мог украсить знаками своей любви. Мадара благоговейно провел пальцами по шелковистой коже, усмехнувшись, как Сакура очаровательно вздрогнула под его ласками. Он поцеловал ее между лопаток, посмеиваясь, когда она зашипела и сжала простыню.

Мадара приподнял Сакуру ровно настолько, чтобы она упиралась ему в грудь. Член задел ее нежные бедра, и Мадара осознал, что долго не протянет.

Он дотронулся до клитора и застонал, когда Сакура толкнулась к нему, прижимаясь к его почти болезненной эрекции. Мадара гордо отметил, что Сакура уже была невероятно влажной. Еще с того момента, когда она отсасывала ему на диване, и от одной мысли, что он способен так сильно ее возбудить, Мадара тяжело сглотнул.

— Пожалуйста, Мадара, — взмолилась Сакура, и он не нуждался в дальнейшем поощрении, кроме своего имени, произнесенного с таким отчаянием.

Он взял член в руку, другой обхватив попку Сакуры. Большим пальцем он погладил блестящую промежность, тихонько зарычав, когда Сакура задрожала. Мадара наклонился вперед и прошептал ей на ухо:

— Скажи мне, если захочешь, чтобы я остановился, хорошо?

— Хорошо, — согласилась она, снова раздвигая ноги.

Позабавленный ее упорством, Мадара приставил головку ко входу во влагалище.

Ему хотелось сполна насладиться ощущением скольжения в нее в первый раз, но что-то в нем сломалось, и одним резким движением он полностью погрузился внутрь.

Сакура вскрикнула со смесью тревоги и удовольствия. Мадара замер, кладя ладонь на ее поясницу. Она была невероятно крепко прижата к нему, и он конвульсивно прильнул к ней в ответ. Мадара слишком давно не занимался сексом, поэтому с трудом сдержался, чтобы не сорваться и не начать грубо вбиваться в столь прекрасное тело.