Глава 46

Мелкие капли оседали на коже, впитывались в одежду. Туман. Плотный, вязкий — почти осязаемый. Наруто поёжился. Что-то было не так с этой пеленой, окутавшей мост. В ней таилось нечто чуждое, неестественное.

Саске метнулся вперёд, Сакура заняла оборонительную позицию, сжимая кунай. Маска. Белая, с красными полосами. Фигура в ней двигалась стремительно, почти неуловимо. Град кунаев прорезал воздух — мимо. Наруто уклонялся странно, неправильно. Его движения казались… нечеловеческими.

— Занятно, — прошептал человек в маске, складывая печати.

Зеркала. Ледяные, кристально-чистые пластины выросли из ниоткуда, смыкаясь в купол. Наруто и Саске встали спина к спине, озираясь. В каждом зеркале — одно и то же отражение. Беловолосый шиноби словно размножился, став единым со своим творением.

— Сдавайтесь. Отдайте мостостроителя, — голос из-под маски звучал почти просяще. — Я не хочу причинять вам боль.

— Не гендзюцу, — Наруто прищурился. — Я их вижу.

— Лёд? — Саске сложил печати. — Проверим, как он справится с этим. Стихия Огня: Техника Огненного Шара!

Пламя ударило в зеркало. Бесполезно. Ни царапины, ни трещины — совершенная, нетронутая поверхность льда.

— Проклятье, — процедил Саске.

— Зеркала неразрушимы, — фигура в маске покачала головой. — У вас нет шансов.

Наруто выпустил щупальце-кнут, хлестнул по зеркалам. Саске метал кунаи. Сенбоны. Тысячи игл летели отовсюду — противник перемещался между зеркалами быстрее, чем они успевали уследить.

— Быстрый, — в голосе шиноби в маске промелькнуло уважение.

Теневые клоны Наруто возникли в облаке дыма. Щупальца хлестали по зеркалам — впустую. Сенбоны находили свои цели, развеивая клонов одного за другим.

Саске активировал шаринган, отслеживая движения врага. Наруто мерцал между иглами, но пространство было слишком ограничено. Изогнувшись неестественным образом, он пропустил атаку со спины. Саске рванулся вперёд, толкнул товарища — и упал, утыканный сенбонами.

Тишина. Наруто замер, проверяя пульс Саске.

— Жив… едва, — выдохнул он с облегчением.

Туман сгустился. Время словно замедлилось, застыло. Холод. Пронизывающий до костей, противоестественный холод.

— И вот кукловод дёргает за ниточки, — прошелестел нечеловеческий голос.

Щупальца. Влажные, скользкие отростки обвили руки и ноги Наруто, удерживая его на месте. Страх. Парализующий, первобытный ужас сковал тело.

— Что… что ты такое? — голос Наруто дрожал.

Смех. Мягкий, почти нежный — и от того ещё более жуткий. Он звучал отовсюду, резонируя в самой ткани реальности.

— Я был там, когда ты впервые открыл книгу, — прошептала тьма.

Щупальца впивались в плоть, сливались с ней. Тело двигалось против воли, окутанное мягким лиловым сиянием. Хаку — человек в маске — застыл в оцепенении. Его взгляд был прикован к Наруто, чьи руки раздвоились, превращаясь в четыре конечности.

Жуткая форма. Существо, контролирующее Наруто, принуждало его к трансформации, но… его щупальца, впившиеся в спину мальчика, не позволяли проявиться собственным отросткам, покрытым глазами. Оно не хотело быть увиденным.

— Зачем? Почему ты не даёшь мне увидеть тебя? — Наруто попытался обернуться.

— Марионетке не положено знать замыслы кукловода, — прошелестел голос. — Она лишь танцует, как велит хозяин.

Щупальца потянулись к ледяному зеркалу. Хаку рванулся прочь, но невидимая сила вытащила его из убежища. Что-то зажало ему рот, заглушая крик. Он смотрел, как из запястий Наруто вырываются щупальца-кровопийцы, впиваются в его плечи, грудь…

Тошнота подкатила к горлу. Наруто чувствовал вкус крови Хаку — тёплой, солоноватой… живой. Маска упала, открывая знакомое лицо. А затем щупальца потянулись к бессознательному Саске. Наруто пытался сопротивляться, но тело не слушалось. Кровь друга… её вкус… Желудок скрутило спазмом.

Туман пришёл в движение, оставаясь таким же непроницаемым.

— Не разочаруй меня, дитя, — прошептала тьма.

***

Наруто рухнул на колени. Когти чернели на глазах, кожа вокруг них покрывалась инеем. Мёртвая чернота расползалась по кончикам пальцев — словно гангрена, словно обморожение. Боль отступила, но лишь на мгновение. Глаза на щеках вспыхнули огнём — дикая, нестерпимая агония вырвалась криком.

Хаку. Он пытался уползти, добраться до зеркал. Наруто потянулся к нему — остановить, спросить… почему? Но когти впились слишком глубоко. Плоть вокруг ран мгновенно почернела, покрылась изморозью. Хаку даже не вздрогнул. Наруто отдёрнул руку. Зеркала таяли, не дожидаясь прикосновения. Один из глаз на щеке видел иначе — для него время словно замедлилось, растянулось.

Кровь смешивалась с водой. Хаку лежал, наблюдая за схваткой Забузы и Какаши. Они словно не замечали произошедшего — а может, просто не видели. Призванные псы удерживали Забузу. Молния. Рука Какаши засветилась электрическими разрядами. Хаку рванулся вперёд из последних сил. Последним, что он увидел, было потрясённое лицо Какаши — и рука, пронзившая грудь.

Наруто подполз к Саске. Пульс. Слабый, едва уловимый — но есть. Сознание мутилось, тело возвращалось к привычной форме. Темнота накрыла его.

Сакура замерла возле Тазуны. Два тела на земле — Наруто и Саске. Хаку, рухнувший замертво. Шаги на дороге. Двое громил тащили Цунами. У Тазуны перехватило дыхание.

— Эй, строитель! — прорычал один из бандитов. — Твоя сучка у нас. Хочешь, чтобы жила — пойдёшь с нами.

Тазуна бросил взгляд на мост, повернулся к Сакуре. Она кивнула, складывая печати в тумане.

— Цунами, — голос Сакуры был спокоен. — Закрой глаза.

— Демоническая Иллюзия: Техника Адского Взгляда.

Бандиты отшатнулись, выпустив Цунами. Ужас исказил их лица — каждый видел свой персональный кошмар. Кунаи свистнули в воздухе. Один вошёл в колено, второй — в бок. Крики. Кровь хлестала из раны, впитываясь в доски моста. Сакура поморщилась. После тренировок с Какаши она видела и не такое.

Стон. Наруто приподнялся, увидев, как Сакура хладнокровно расправилась с нападавшими. Поднял руку, показывая, что жив.

— Я в порядке.

Кровь из раны — той, что оставили щупальца — послужила платой. Печать призыва. Шоггот выплыл из дыма — чёрная, пульсирующая масса. Щупальце бережно подняло Саске, перенесло к Сакуре. Остальные потянулись к Забузе.

Забуза вырвался от псов после жертвы Хаку. Руки онемели, но страх придал сил — меч двигался, пусть и медленно. Ярость гнала его на Какаши, пока чёрные щупальца не потянулись к нему. Клинок рассёк их — бесполезно. Отрубленные части стекались обратно к массе. Шоггот выбил меч из ослабевших рук.

Шёпот из тумана. Забуза обернулся. Гато. Окружённый наёмниками, он стоял, ухмыляясь. Шоггот растворился в тумане.

— Надо же, — процедил Гато. — Не смог убить даже простого строителя. Контракт разорван.

Наруто вышел из тумана, прихрамывая.

— Эй, ты ведь Гато? — голос звучал устало.

— Чего тебе, сопляк?

— Знаешь, — Наруто остановился рядом с Какаши, — я давно хотел тебе сказать. Ты редкостный идиот. Особенно раз припёрся сюда лично.

Гато сощурился.

— Убить их. Медленно. Особенно мальчишку.

Он не заметил чёрных щупалец, выползающих из тумана за его спиной.

Ярость. Чистая, неконтролируемая ярость затопила разум Забузы. Хаку мёртв. Он измотан. И теперь даже не получит оплаты.

— Похоже, контракт действительно разорван, Какаши, — прорычал он, поднимая меч. — Наша битва окончена.

Забуза рванулся к Гато. Оружие впивалось в тело, но он не замечал боли. Только цель впереди. Чёрная масса за спиной Гато? Плевать. Он сам убьёт ублюдка. Клинок сверкнул, отсекая руку. Чёрные щупальца утянули её в себя. Крик боли. Гато отшатнулся — и застыл, увязнув в живой тьме.

— Хочу видеть твои глаза, — прохрипел Забуза, — когда эта тварь будет жрать тебя.

Щупальца заткнули рот, не давая кричать. Глаза. Десятки глаз на чёрных отростках уставились на жертву. Последнее, что видел Гато — взгляд Забузы, пока меч медленно входил в живот. Достаточно глубоко, чтобы не убить сразу. Чтобы чувствовать, как тело переваривается заживо.