Глава 524

Сильнее всех отреагировал Джеджу Хёма.

Он дернулся, будто его окатили кипятком, резко выронил дымящуюся сигарету из пальцев. Она упала на землю, подняв маленькое облачко пепла. Его лицо побледнело, глаза расширились, и он заметно засуетился, отступая на полшага назад.

«Хм-м?»

Фудзита это не укрылось. Его многолетний опыт подсказывал — здесь что-то нечисто. Он просил Хёму, своего заместителя и правую руку последние три года, остаться на заставе и присмотреть за повседневными делами. Но тот настоял на том, чтобы пойти с ним, даже заспорил. Времени выяснять истинные причины тогда не было — спешка диктовала свои жесткие правила, — поэтому он разрешил. Застава не рухнет и не сгорит дотла, если они оба отлучатся на пару часов.

Но теперь, глядя на реакцию Хёмы, Фудзита понял — дело было нечисто. Очень нечисто.

И тут оперативник АНБУ внезапно ускорился. Его фигура размылась, превратившись в черный силуэт. Меньше чем за секунду он преодолел расстояние и схватил Хёму за горло железной хваткой. Пальцы сомкнулись на шее, как тиски.

Все замерли, словно их заморозили дзюцу, и уставились на Фудзиту в поисках указаний. Тот незаметно поднял руку и подал знак не двигаться, не вмешиваться. Ему было интересно, чем это кончится. Очень интересно.

— Кх-х! — Хёма отчаянно попытался вцепиться обеими руками в стальную хватку на своей шее, царапая кожу оперативника. Но та не ослабла ни на йоту, ни на миллиметр. Воздух не поступал в легкие, перед глазами поплыли черные пятна.

— Я из-за этой твоей мелкой подставы чуть без руки не остался, мразь, — голос АНБУ упал на несколько октав, став ледяным, полным сдерживаемой ярости. Каждое слово сочилось холодной угрозой.

Хёма, задыхаясь и багровея, попытался в отчаянии пнуть оперативника по раненой руке, целясь в перевязанную конечность. Но тот оказался гораздо быстрее. Он блокировал удар здоровой рукой, перехватив лодыжку в воздухе, из-за чего ему пришлось на мгновение разжать пальцы на горле Хёмы.

Но прежде чем ноги предателя коснулись земли, АНБУ нанес ему точный, хирургически выверенный удар в кадык. Раздался мерзкий хруст. Хёма согнулся пополам, захлебываясь воздухом, хрипя и кашляя. Слюна смешалась с кровью. Он не смог защититься от следующего удара — жестокого, разрушительного пинка по колену, который заставил его рухнуть на колени перед оперативником. Коленная чашечка издала тошнотворный хруст.

Хёма с трудом поднял залитые слезами глаза, пытаясь что-то прохрипеть. И тут же получил ногой прямо в лицо. Голова его откинулась назад с противоестественным углом. Он кубарем откатился в сторону, подняв облако пыли, и замер в неестественной позе, едва дыша.

Фудзита бросился вперед, резко сократив дистанцию, чтобы остановить АНБУ. Он не сомневался ни секунды, что Хёма живым отсюда не уйдет, если он не вмешается прямо сейчас. А мертвый Хёма ему был совершенно ни к чему.

Живой — совсем другое дело. На живого можно свалить все грехи, сделав из него идеального козла отпущения. Фудзита пока не знал точно, что именно натворил Хёма, но если тот был виноват хоть в чем-то, лучшего кандидата на эту роль было не найти. Предатель на заставе? Какая удача.