Часть 25

— Я уже всю голову сломал, — проговорил Драко, откидываясь на спинку кровати. — Хоть убей, не пойму, как Совершенству удается раз за разом нас опережать.

Вечер прошел в бесконечных заседаниях совета, и теперь, едва вернувшись в покои, Драко чувствовал себя смертельно уставшим.

Гермиона только вошла в комнату и вопросительно взглянула на него:

— О чем ты?

Драко качнул головой и уставился на серебряный зажим для галстука в форме короны — её подарок. Он принялся задумчиво вертеть его в пальцах.

— Да обо всём. Они на шаг впереди в каждой мелочи. Восхождение. Поездка в Италию — они знали о ней заранее. Планомерные удары по Ноктюрну во Франции… и эта женщина сегодня. Ради Мерлина, они даже про аудиенцию пронюхали.

Она задумчиво присела в ногах кровати, поджав одну ногу и свесив другую с края.

— Я тоже ломаю над этим голову.

— И еще… — он нахмурился. — Я пытаюсь понять, как заставить их плясать под нашу дудку. Пока что мы движемся ровно так, как они ожидают. И это меня просто бесит.

Гермиона глубоко вздохнула, плечи поникли.

— Не знаю. Должно быть, за нами следят куда пристальнее, чем казалось. Или… — она запнулась и покачала головой. — Может, мы слишком предсказуемы.

Драко задумчиво прикусил губу, глядя на неё.

— Знаешь, что нам стоит сделать? Выйти на связь с Министерством. Ну, ты понимаешь — та самая повестка и всё прочее.

Гермиона тихо усмехнулась:

— А я-то думала, ты их просто игнорируешь, раз они всё равно бессильны.

— Так и было, — подтвердил Драко. — Но подумай: Совершенство явно припугнуло Бруствера, надеясь нас притормозить. Расчет на то, что мы начнем опасаться собственного Министерства.

— И если мы сами сделаем шаг навстречу, — выдохнула она, и в глазах вспыхнул азартный огонек, — это спутает им все карты.

Он продолжал крутить зажим.

— План не безупречен, но… есть кое-что еще. Нужно предпринять нечто такое, о чем не будет знать никто за пределами Ноктюрна. И если об этом пронюхает Совершенство…

Она резко вдохнула, лицо напряглось.

— Ты думаешь, у нас завелся крот?

— Не знаю, — ровным тоном ответил Драко, рассматривая узор на покрывале. — Это серьезное обвинение. Но стоит допустить такую мысль. Даже если Совершенство не организовывало сегодняшний прием напрямую… всё равно сотни людей знали о нем заранее.

— Но клятвы Ноктюрна… — пробормотала Гермиона.

— Они не абсолютны, — осторожно заметил Драко. — Во всяком случае, не чета узам Луна. Хотя я бы точно не хотел оказаться на месте того, кто решит предать Ноктюрн.

Между ними повисла тишина. Драко кожей чувствовал её напряжение. Не понимая, кажется ли ей эта мысль безумной, он откинулся назад, убирая челку со лба.

Наконец Гермиона вздохнула:

— Я хорошо знаю Кингсли. Попробую устроить встречу и обсудить повестку.

— Хорошо. — Ощущая на плечах груз ответственности за тысячи жизней, Драко отложил зажим на тумбочку и потер глаза. — Что-то мне подсказывает: завтра будет очередной долгий день. Пора спать.

Гермиона поднялась и кивнула:

— Ладно. — Она наклонилась и коснулась губами его щеки. — Схожу в душ. Может, хоть мысли в порядок приведу. Надеюсь.

— Понятно, — задумчиво обронил Драко, перехватывая её за запястье. Гермиона обернулась. — Ты как? После того, что случилось… с той женщиной.

Она выдавила слабую, неубедительную улыбку:

— Всё хорошо.

— Лгунья, — выдохнул он, поглаживая полумесяц на запястье. — Если это не так, ты же знаешь, что можешь…

— Со мной всё будет в порядке, — перебила она.

Её вымученная улыбка стала чуть шире. Драко выпустил её руку и кивнул — это было меньшее, что он мог сделать: дать ей прийти в себя самостоятельно. На этот раз улыбка вышла более искренней.

— Спокойной ночи, Драко, — прошептала она.

Он молча смотрел ей вслед, пока дверь за ней не закрылась.

***

Проснувшись, Гермиона не сразу поняла, отчего на душе стало неспокойно, пока не обнаружила: место рядом в постели уже остыло. Обычно она просыпалась первой, но даже если Малфой вставал раньше, чуткий сон всегда прерывался от его движений. Потянувшись и широко зевнув, она коснулась подушки — та тоже была холодной.

Поднявшись, Гермиона заглянула в ванную, но не нашла и следа его присутствия; гостиная также пустовала. В том, что он мог покинуть жилое крыло один, не было ничего необычного, однако беглый взгляд на настенные часы подсказал: сейчас лишь половина седьмого. Малфой редко вставал раньше восьми. Подавив очередной зевок, Гермиона оделась и привела себя в порядок.

Ожидая застать его с чашкой кофе и ломтиком ржаного хлеба с мармеладом, она направилась к кухне. Однако в обеденном уголке, где он обычно завтракал, оказалась лишь Нарцисса: та потягивала чай, лениво перелистывая свежий номер «Ежедневного пророка».

— Доброе утро, — поздоровалась Гермиона. Улыбнувшись, она заняла привычное место, налила стакан воды с лимоном и выбрала тост из тех, что обычно выставлял Подски.

Нарцисса ответила короткой сдержанной улыбкой.

— И тебе, дорогая. Надеюсь, спалось хорошо.

Не зная наверняка, какой долей информации стоит делиться, Гермиона кивнула:

— Настолько хорошо, насколько это возможно в нынешних обстоятельствах.

Хотя Нарцисса формально не входила в совет, она жила в Поместье и была в курсе перемещений гвардейцев и советников, поэтому Гермиона старалась не вникать в детали дел Ноктюрна в разговорах с ней.

— Ах, да, — произнесла Нарцисса, сделав еще один крошечный глоток. — Я слышала о той женщине… скверная история.

Через силу проглотив кусок, Гермиона согласилась:

— Безусловно. — И, поморщившись, добавила: — Здесь всё становится страннее и страннее.

— Добро пожаловать в жизнь семьи Малфой, — отозвалась женщина, и уголок её рта тронула едва заметная улыбка.

Благодарная за эту мимолетную разрядку, Гермиона усмехнулась. Она принялась за тост, запивая его водой. Нарцисса небрежно взмахнула рукой:

— Конечно, вы с Драко, кажется, заплыли в совершенно неизведанные воды — даже на мой вкус.

Это признание не добавило бодрости. Гермиона потянулась за вторым тостом — после вчерашних событий, когда на еду почти не оставалось времени, внезапно проснулся зверский аппетит. Откусив кусочек, она спросила:

— К слову об этом… вы не видели Драко сегодня утром?

— Нет, — ответила Нарцисса, изящно вскинув подбородок. — Хотя должна признать, что теперь вообще вижу его нечасто.

Гермиону кольнуло чувство вины; она сделала мысленную заметку, что им стоит проводить больше времени с его матерью.

— Впрочем, я удивлена, что он уже на ногах.

— Я тоже, — задумчиво произнесла Гермиона, и за столом воцарилась тишина.

Закончив завтрак, она улыбнулась и поднялась.

— Пожалуй, пойду поищу его.