Глава 41

— Наш первоначальный план состоял в том, чтобы пробраться с помощью Нео на борт флагмана Айронвуда и с помощью вируса, созданного моим коллегой, захватить его механизированные подразделения, — объяснила Синдер. Она положила руки на стол и стояла, обращаясь к ним, сидящим на стульях. Жон занял место рядом с Адамом, радуясь возвращению старого друга, а Нео с трудом втиснулась по другую сторону от него, наполовину прижавшись к подлокотнику. — К сожалению, это уже не вариант. Айронвуд настолько усилил свою охрану, что даже малейшая неуместная деталь заставит его специалистов отнестись с подозрением к любой несостыковке. Кроме того, он полностью снял с эксплуатации свои роботизированные войска.

— Похоже, кому-то следовало бы оставаться на месте, а не бежать сломя голову, — усмехнулся Меркури Блэк. Невозможно было ошибиться, в кого именно была направлена эта шпилька, и Эмеральд Сустрэй быстро отступила от своего напарника, ожидая, что пуля попадет ему между глаз. Жон не знал, раздражаться ему по этому поводу или веселиться. Он не собирался убивать кого-то за то, что тот был придурком.

— В данном случае Жон не виноват, — резко сказала Синдер, заставив его замолчать. — Усиление охраны Айронвуда произошло ещё до его прибытия в Вейл, и, согласно нашим источникам, это скорее результат раскрытия Chivalric Arms. Что касается роботов, то он с самого начала сомневался в них. А когда Chivalric выдали себя и захватили оранжевоволосую, это только укрепило его. Они не будут использоваться для защиты Бикона.

— Что не так уж и плохо, — заметил Адам. — Половина причин, по которым нам понадобилось бы их нейтрализовать, — это то, что они бы уничтожили моих людей.

— Действительно. Несмотря на то, что охотников и охотниц будет много, их непосредственный боевой опыт будет невелик. Большинство сбежит или будет отозвано в эвакуационные пункты. Остальные будут заняты тем, что будут разбираться с Гриммами, которых мы на них натравим.

— А что с остальными?

— Ты, как лидер, волен поступать с ними по своему усмотрению. Наш союз лишь просит о поддержке в нападении — я никогда не стану диктовать, как вести себя Белому Клыку.

Вежливо. На удивление вежливо. Роман не раз намекал, что Синдер — сильная и безжалостная женщина, не боящаяся принуждать людей к сотрудничеству, но для Адама она нацепила дипломатическую маску. А может, и для него. Это не означало, что она стала менее манипулятивной, но означало, что у них было больше власти в их соглашении. В противном случае она бы не чувствовала в этом необходимости.

Адам тоже должен был это понимать, но ответил на её кивок своим. Вежливость была возвращена, несмотря на их разногласия. Жон почувствовал облегчение. Если бы они решили выдвигать требования и сыпать оскорблениями, это только усложнило бы ситуацию.

— Мы позволим тем студентам, которые не станут нападать на нас, сбежать или сражаться с Гриммами самостоятельно, — сказал он. — Мне наплевать на них в любом случае, но убийство детей не пойдёт на пользу нашему имиджу. А то, что у них в руках смертоносное оружие, не будет иметь значения для тех, кто об этом узнает. Ты не против, Синдер?

— Если только ты поднимешь достаточно шума, чтобы мы с Жоном смогли добраться до своих целей, то да.

— Мы войдём вместе? — удивлённо спросил Жон.

— У нас больше нет грубой силы, чтобы уничтожить всю академию. У нас будет элемент неожиданности, но Айронвуд сейчас укрепляет школу, и он привёл с собой лучших и самых преданных. Даже с Белым Клыком у нас не хватит людей, а без роботов мы не сможем настроить общественное мнение против Атласа. Вместо этого мы нанесëм сильный и быстрый удар. Обеспечим безопасность наших целей и отойдëм.

Жон посмотрел на Адама и кивнул. Эта идея его более чем устраивала. Если Озпин действительно готов бросить всё, чтобы удержать сестру, то он, несомненно, будет защищать её в любом случае. Он мог бы и сам дать отпор. Большим вопросом был Адам и то, что он хотел получить. Смерть Блейк? Если да, то он, возможно, захочет остаться там подольше. Меня это не касается, не так ли? Я буду занят поисками Эмбер, и мне будет совсем не до Адама.

— Белый Клык не против, — сказал Адам. — Лишь бы вы не оставили нас на произвол судьбы во время отступления. Если меня разыщут силы Айронвуда, я буду расстроен.

— С тобой будут Меркури и Эмеральд, — сказала она. — Вместе с Романом, который будет прятаться в Изумрудном лесу в мехе, раздобытом им и Жоном. Он будет обеспечивать ваше отступление, оказывая поддержку Паладином, а затем, когда всё будет чисто, бросит его и сбежит.

Роман преувеличенно преклонил голову. Похоже, он был доволен относительной безопасностью своей роли. Адам с ворчанием согласился. Атлас не стал бы посылать свои войска в лес, полный Гриммов, чтобы преследовать их, но они послали бы воздушные суда — их обычная реакция и средство наблюдения за людьми. Паладин мог легко сбить их, и к тому времени, когда они соберут силы, способные уничтожить его, Адам, Роман и, надеюсь, он сам и Синдер будут уже далеко.

Нео подтолкнула его локтем в бок, и Жон произнёс. — Что с Нео?

— Я бы предпочла, чтобы Нео была с нами, — сказала она. — Её Проявление будет неоценимо полезно для заметания следов, особенно если твоя сестра не в состоянии передвигаться самостоятельно. — Синдер сделала паузу, чтобы дождаться их кивков. — Все довольны своими ролями?

— В восторге. — сказал Роман, самодовольство волнами накатывало на него. — Это гораздо лучше, чем твой предыдущий план, Синди.

— Мой предыдущий план предполагал наличие целой армии роботов и мехов, а также усиленную охрану самого публичного мероприятия на Ремнанте. Если что, отвлекающие факторы в лице Chivalric и Жона только упростили ситуацию. Если у нас будет возможность, а я подчеркиваю — если, то, думаю, нам стоит устроить небольшое шоу.

Почувствовав их растерянные взгляды, Синдер достала небольшую камеру, которую можно закрепить на груди, и положила её на стол.

— Ты хочешь показать, как мы напали на академию? — спросил Адам. — Кажется, это хороший способ сделать нас самыми ненавистными людьми во всём Ремнанте.

— Не для тебя, Адам. У нас с Жоном нет времени, чтобы захватывать или уничтожать Бикон, но нет причин, по которым мы не можем показать всему миру, что они сделали.

Жон протянул руку вперёд и взял устройство. Это была маленькая штучка с зажимом на задней части, который можно было прикрепить к одежде или броне. Камера была заключена в защитный полимерный контейнер с прозрачной передней панелью. Похоже, она могла выдержать несколько ударов и была из тех, что используют спортсмены и любители для съëмки экстремальных видов спорта.

Может ли видеозапись сработать, чтобы доказать правду о его семье? Во рту у него пересохло. Компания Chivalric Arms достаточно быстро принимала вину на себя, когда ей предлагали неопровержимые доказательства — доказательства, от которых они не могли отмахнуться. Что, если они так отчаянно хотели свалить всё на Филдса, что поддались давлению и с его стороны? Это не остановит его желание отомстить, но, возможно, окажет на них ещё большее давление и даже заставит Атлас помиловать его.

Или же ничего этого не произойдёт, и Озпину будет предъявлено лишь обвинение, но за то, что он украл его сестру и планировал использовать её, он был ничем не лучше Мэтью Филдса. — Почему? — спросил он Синдер, подозрительно глядя на неё поверх маленькой камеры. — Почему ты готова на всё это?

— Щедрость от союзника делает тебя параноиком? — Её губы искривились в улыбке. — Я могу это уважать. Не волнуйся, с моей стороны я поступаю не совсем альтруистично. Для вас, Жон и Нео, всё дело в мести, у атаки Адама свои причины, а для меня нападение — это средство затащить Озпина и Академию в грязь, — сказала она. — Мы все выиграем, если раскроем правду. Для меня это просто ещё одно оружие в нашем арсенале. Такое объяснение уменьшает твои опасения?

— Да. — Жон опустил камеру. — Спасибо.

/-/

Жон налил в кружку воды, смешал её с растворимым кофе и протянул чашку Адаму, после чего сел напротив него. Мужчина снял маску, оставив на виду страшный шрам от ПКШ. Возможно, раньше его это и беспокоило, но теперь у них у всех есть свои шрамы.

— Что ты думаешь о её плане? — спросил Жон.

Синдер уже ушла, вернувшись к своему прикрытию, чтобы не попасть в беду. Они все согласились внести свою лепту, но он всё равно хотел узнать мнение Адама. Раньше тот всегда планировал их нападения.

— План очень простой, — сказал Адам. — Расплывчатый. Она хочет, чтобы Белый Клык всех занял, но не дает мне для этого особых возможностей. Для начала — Гриммы, но против нас академия охотников. Гриммы — их хлеб с маслом.

— Думаешь, она тебя подставляет?

— Сомневаюсь, что ей будет обидно, если мы все умрем, но я не думаю, что она специально это планирует. Может, она считает, что этого достаточно, а может, дает мне лишь самые смутные указания, чтобы я сам решил, что делать дальше. — Адам сделал паузу, чтобы выпить. — Всё будет хорошо. Я разработаю лучший план нападения и позабочусь о том, чтобы мои люди знали о нём. Будут потери. Это неизбежно.

— В Вейле много добровольцев.

— К сожалению, они погибнут первыми. Плохо обученные. Малоопытные. Против Гриммов, охотников или солдат, у них надежды мало.

— Тогда стоит ли им вообще участвовать в битве?

— Нам нужна численность. Не говоря уже о том, что каждый, кто присоединяется к нам, знает о риске, Жон. Мы не скрываем, кто мы, чем занимаемся и какова может быть цена.

С этим действительно нельзя было поспорить. Жон откинулся на спинку кресла, гадая, когда ещё Адам говорил так холодно и всегда ли он был таким. Скорее всего, так и было. Он навсегда запомнил, что тот спас их с Лавандой от участи, худшей, чем смерть, а затем помог найти остальных и дать им безопасный дом в Менажери.

Нападения, в которых он участвовал вместе с Белым Клыком, были кровавыми, и люди гибли — одни на их стороне, другие на другой. Как сказал Адам, он никогда не вводил никого в заблуждение относительно того, кем они были. Террористами. Блейк могла бы возразить, что они изменились, но Адам убивал людей с первого дня знакомства Жона, и Блейк это не беспокоило.

— Что ты будешь делать во время нападения? — спросил Жон. — Попытаешься ли ты найти Блейк?

Адам замолчал, поднеся чашку к губам. Его глаза, окрасившиеся в розовый цвет от крови, сузились. — Ты хочешь сказать, что я не должен этого делать?

— Нет. Это твой выбор. Мне просто любопытно.

Адам долго смотрел на него, потом закрыл глаза, отпил глоток, проглотил и поставил чашку на место. — Я собираюсь искать её, — признался он. — Я собираюсь получить ответы на свои вопросы, Жон. Спрошу её, почему она оставила нас, почему предала меня — нас. Всех нас.

— Что ты хочешь, чтобы она сказала?