Глава 14

Часть 5 – Жестокая Расплата

Темнота перед моими глазами медленно угасала, сменяясь теперь уже до боли знакомым мне кладбищем гоблинов.

Так… это становится уже не смешно, – устало подумал я. – Мне во что бы то ни стало нужно найти способ или победить эту дворнягу, или повысить свою репутацию с ним.

Последнее было маловероятно. По какой-то причине старый пердун затаил на меня обиду.

Но, как бы то ни было, я всё же должен был найти какой-то способ, чтобы избавиться от него, а точнее — мне нужно было сделать так, чтобы он просто исчез и больше не вставал у меня на пути.

И, надо признаться, это была архисложная задача, так что на данный момент я решил всецело сосредоточиться на ней, принявшись ломать себе голову в попытках придумать выход из сложившейся ситуации.

Хм-м, ну… наверняка ведь можно же как-то пробиться через его магический барьер, – задумавшись об этом, в то же время я создал себе Стрелу Маны и, усевшись прямо посреди кладбища, начал крутить ею между пальцами. Насколько я себя помнил, такое занятие рук всегда помогало мне, когда нужно было немного поработать головой.

А вообще, говоря о магии, я был знаком с тем заклинанием магического щита, которое использовал ДурДур. И в действительности всё было довольно-таки просто, оно принадлежало к той же школе, что использовал я сам, то есть к Дисциплине Маны, так что я вполне мог бы скастовать его, оставалось лишь выучить само заклинание.

Что же касалось того, что оно из себя представляло, то это был практически непроницаемый защитный барьер, если, конечно, не был преодолён определённый порог повреждений. Тем не менее, несмотря на такое, казалось бы, существенное преимущество, имелся здесь и один крайне неприятный и серьёзный недостаток — просто нереальная норма потребления маны. Именно она тут была тем самым обоюдоострым мечом, с одной стороны позволявшем своему пользователю безболезненно разить своих врагов, но одновременно с этим и подвергавшем его риску в какой-то момент остаться абсолютно беззащитным. Так что, исходя из всего этого, можно было сделать вывод, что изучать его мне сейчас было бы попросту непрактично, так как мой текущий запас маны был всё ещё слишком мал, чтобы иметь возможность хоть что-то изменить в ситуации с ДурДуром.

Также, к сожалению, стоило отметить тот факт, что заклинания, специфичные для противодействия Щиту Маны, были из совершенно других Магических Дисциплин. Что говорить, ведь даже когда я играл в качестве Орена, мне удалось изучить только одно подобное контрзаклинание — «Разрушение Барьера», и то только потому, что я случайно нашёл его в какой-то старой и крайне редкой книге заклинаний.

И как же мне тогда пройти мимо его щита? – эта мысль ни на миг не покидала мою голову и кружилась там снова и снова, пока в какой-то момент, по мере очередного захода в рассмотрении своих немногочисленных вариантов, мои глаза вдруг не остановились на Стреле Маны, всё это время безостановочно мелькавшей и вращавшейся у меня в руках.

На какое-то мгновение я даже в шоке просто застыл на месте, будучи изумлён внезапно поразившим меня вдохновением.

А могу ли я…? – даже не успев закончить свою мысль, я тут же остановил стрелу в покое и в несколько мысленных щелчков получил доступ к Манипуляции Маной, после чего, сосредоточенно нахмурив лоб, вновь пристально уставился на магический снаряд перед собой. – Что ж, попробуем, – подумал я перед тем, как напрячь всю свою волю для управления маной и приступить к запланированному мной действию, принявшись буквально заставлять наконечник стрелы изменяться.

И тот с готовностью подчинился мне…

Тонкий и острый конец прямо на глазах начал становиться всё шире, постепенно превращаясь в объёмный и острый конус, пока через какое-то время я наконец не прекратил сей процесс, посчитав, что удовлетворён достигнутым результатом.

Решив опробовать получившееся творение, я, недолго думая, запустил новую «бронебойную стрелу» в воздух, чтобы затем с лёгкой досадой отметить, что она безумно вибрирует в полёте, в следствие чего у неё была сильно снижена скорость, а общая точность и вовсе упала до прямо-таки смехотворно нелепых значений.

Ладно, неудачно получилось, – я не стал слишком расстраиваться по этому поводу, так как всё же получил необходимую для себя информацию, и вместо этого, скастовав ещё одну стрелу, снова по быстрому преобразовал её наконечник в конус, после чего, сделав ровный и глубокий вдох, ещё сильнее попытался сконцентрировать свой разум на поставленной задаче. Это попытка требовала от меня уже намного более тонкой работы и предельно чёткого направления действий.

И вот, в очередной раз нахмурив лоб, я приступил к приложению необходимых усилий.

Сначала я заставил появиться небольшой вырез на самом конце конуса, после чего, удлинив его, принялся закручивать в спираль, постепенно делая его всё шире и направляя всё глубже, одновременно с этим наблюдая, как он начинает кружиться вместе с остальной частью стрелы.

Это не заняло у меня много времени, и когда я наконец закончил, наконечник выглядел так, как я и хотел, имея единую острую спиральную полосу, как бы обмотанную вокруг всего его основания. Если подумать, то это сильно напоминало обычный саморез.

Хорошо, следующая часть, – сделав ещё один глубокий вдох, я мысленно потянулся к древку стрелы и изменённому только что наконечнику и крепко схватил обе части, а затем изо всей своей доступной силы воли начал сжимать острый рифлёный конус, стараясь применить равномерное давление на всю площадь стрелы. Постепенно увеличивая свой напор, я всё сильнее сжимал основание конуса, но и не слишком налегал на это дело, одновременно с этим периодически ослабляя давление то с одного, то с другого угла стрелы, и всё до тех пор, пока наконечник в конце концов не начал вращаться. После этого, всё ещё не отпуская его, я стал ассиметрично увеличивать силу давления, но теперь уже одновременно с разных сторон, не забывая при этом про скорость вращения конуса. Это была действительно сложная часть, ведь в то же время я должен был удерживать и само древко стрелы, чтобы оно не вращалось.

С течением времени я продолжал прикладывать всё больше и больше усилий, а в ответ на это наконечник стрелы вращался всё быстрее и быстрее, пока в конечном итоге не испустил слабый… *Гуууууул*

Вырез, что виднелся ещё секунду назад, теперь, казалось, безвозвратно исчез, а сам наконечник снова стал простым гладким конусом. Однако, это было обманчивое наблюдение. Я знал, что он просто-напросто вращался слишком быстро, чтобы на нём можно было увидеть хоть какие-то борозды, теперь полностью размытые в его иллюзорно гладком блеске.

Дело было сделано, так что я наконец-то смог расслабить свою волю.

Ну что, а теперь пришло время проверить эту новую малышку, – несмотря на серьёзное ментальное истощение, которое я сейчас ощущал, я всё же удовлетворенно улыбнулся.

Как и прежде, мне хватило всего одного движения мысли, чтобы активировать стрелу, а затем запустить её в ближайшую каменную стену. Однако теперь всё было иначе, и вместо того, чтобы потерять силу при контакте с твёрдым камнем, она продолжила бурить дыру в стене до тех пор, пока не высвободила на волю всю остававшуюся у меня ману громогласным… *Баммм!*

Широко улыбаясь, я посмотрел на отверстие, которое стрела просверлила в стене. Оно было длиной с палец. Гоблинский палец.

Да, думаю, что на этот раз получилось неплохо, весьма и весьма неплохо…

Да, с удовольствием, – я ещё не совсем потирал руки и «кудахтал» от счастья, но уже вот-вот был готов начать.

Великолепно! – я не мог не обрадоваться тому, что видел. Новый вариант заклинания Стрелы Маны, который я только что успешно создал, хоть и имел такое же значение наносимого урона, но также ещё добавлял эффект пробития сквозь барьеры, и это при том, что стоил он только на одно очко маны больше, чем оригинал. Да, у нового варианта остался тот же уровень навыка, что и был прежде, но зато я получил за него «Прайм Знак»! Это означало, что с этого момента я мог повышать его уровень гораздо быстрее.

Теперь у меня определённо есть шанс сразиться с ДурДуром…

Удивлённо глядя на это уведомление, я неслышно рассмеялся.

Думаю, я уже начинаю понимать, отчего повышается этот странный навык, – и вот так, с этой последней мыслью, ознаменовавшей окончание моих экспериментов, я развернулся и вскоре покинул кладбище…

Не прошло и нескольких биений сердца, как я уже, быстро пробравшись через знакомый тоннель обратно в главную пещеру и остановившись там в отдалении, внимательно осматривал открывшееся моему взору пространство.

К счастью, ДурДура нигде не было видно. Губа же, как и прежде, что-то готовила в своём просторном котле, то и дело помешивая его соизмеримых размеров ковшом. Я решил не терять времени зря и, отлепившись от стены, поспешно направился к ней, стараясь ни на миг не ослаблять своей концентрации и внимательно наблюдать за всем вокруг. Мне действительно не хотелось вновь умереть, по крайней мере до тех пор, пока я не поговорю с этой старухой.

Когда я наконец подошёл к месту своего назначения, то был рад обнаружить там и уже знакомую мне местную охотницу, Тику, которая одиноко сидела на одной из соседних бревенчатых скамеек и отведывала здешнее рагу из небольшой глиняной тарелки. Гоблинша приветливо кивнула мне, а следом за этим уже и сама Губа заметила моё приближение:

– Я вхидела, что этхот прокхлятый хулхигхан, ДхурДхур, схделхал с тхобхой, – при упоминании «этхого прокхлятого хулхигхана» её глаза мгновенно вспыхнули гневом, а в голосе можно было прочувствовать нотки жалости, обращённые ко мне, которые, впрочем, тут же куда-то улетучились, когда уже в следующее мгновение она посмотрела на меня сверху вниз. – Забавхно, а тхы не пхохож на лхидера, тхак кахк ты не остхался мёртвхым?

Хм-м, она говорит о возрождении боссов? – удивлённо и с толикой любопытства отметил я про себя. Нет, я вовсе не был напуган этим вопросом, как изначально можно было бы предположить, наоборот — это была хорошая возможность узнать больше о моём новом состоянии гоблина.

– Я не уверен, что понимаю, что вы имеете в виду… Я знаю только то, что странники всегда воскресают, даже самые слабые из них. И я тут подумал… а какое вообще отношение имеет лидерство к воскрешению гоблинов?

Под странниками имелись в виду сами игроки. Существование игроков для НПС в НЭО объяснялось как «существа, которые странствовали из другого мира.»

Услышав мои слова, Губа как-то странно на меня посмотрела. Её выражение лица так и осталось для меня загадкой.

– Хм-м, ты вхесьмха стхранный молходой челховек! Кхаждхый гхоблин знхает лхидерхов, знхает их кхак Вхождхя и Тхотхема, благхословлённыех могхучим Коргорамом. Их очхень трхудно убихть! Еслхи онхи умрхут, тхо чхерез кхакое-то врхемя внховь верхнхутся на зхемлхю живхых и сдхелают ещё одхин удхар, чтхобы отомстхить напхадавшхим. Пхосле этхого лхидерхы призовхут нхазад умершхих схоклановцев, чтобхы те помогхли им бхыстро хвозвратхить кхлан к прхежнему состхоянию.

Я на мгновение задумался над сказанными ею словами.

– Что вы подразумеваете под «умершими соклановцами»?

Старуха неопределённо пожала плечами:

– Я, Тика, Чоб, да дхаже Бек, а тхакже ехщё нхесколько другхих.

Кажется, я наконец начинал понимать кое-что.

– А что насчёт них? – спросил я, указывая на пару обычных гоблинов, которые в данный момент игриво дрались и катались по земле вдалеке.

– Онхи? Пфф-ф… – старуха презрительно фыркнула. – Охни не имеют нхикакого знахчения. Этхи двое едвха ли дхаже смогхут сложить два схлова вместе. Коргхорам не вернёт их из мёртвхых, дхостаточно тхого, что их вхид размхножаетхся вхесьма бхыстрхо сам по схебе. Тхак что, – она вновь пристально посмотрела на меня, – кхак ты всё еще ходхишь по этхой зхемлхе?

Я не стал сразу отвечать на её вопрос, а вместо этого глубоко задумался над полученной информацией. А она определённо имела смысл…

В игре так или иначе должен был быть какой-то механизм оживления мобов после рейдов. Ну, к примеру, если игроки должны были бы атаковать этот клан и уничтожить его, должен же был быть какой-то способ для клана, чтобы вернуться и восстановить себя. Игроки уже давным-давно уничтожили бы всю расу гоблинов, если бы те каким-то образом не возрождались.

В отличие от других MMORPG, НЭО работала на органическом жизненном цикле. Буквально. То есть это означало, что боссы возрождались, но весь клан — нет. Однако, вместо этого боссы имели возможность призвать обратно с того света всех гоблинов, у которых было имя.

Так что, исходя из того, что я только что услышал, можно было с уверенностью предположить, что неназванные гоблинские рабочие и воины рождались ЕСТЕСТВЕННЫМ образом. Было общеизвестно, что логова монстров, которые оставались в покое, чтобы «зреть» достаточно долго, оказывались намного сильнее, чем те, которые неоднократно подвергались рейду. Теперь я понимал, почему. Размножение… Такие логова успевали увеличить свою численность и вырасти в силе…