Глава 720

—

— Долго мы спорили, стоит ли включать этот пример Кармической Чумы в подземелье, но в итоге сошлись на том, что это будет наилучшим решением, — возвестил Змеебог Гадюке, взирая на бойню, творящуюся в Просвещённой Республике. — Ныне многие смертные даже не ведают о подобных напастях, так что сие послужит… как ты изволил выразиться? Актом общественного блага?»—Ухум, определённо стоящая затея — просвещать массы. Я могу засвидетельствовать, насколько эти штуки ужасны, — содрогнулся Минага. — Я потерял немало клонов из-за чум на протяжении веков. Я настоял на том, чтобы мы взяли самый коварный вид, позволяющий заодно провести неплохой ментальный скрининг всех, кто проходит этот уровень».

— Ох ты, всё ещё занимаешься этим, да? — произнёс Гадюка. — Полагаю, Умбра по-прежнему щедро платит?»

— Мы не можем разглашать привилегированную информацию о том, как используем данные участников Невермора, — отмахнулся Минага с улыбкой.

Гадюка покачал головой, не утруждая себя возражениями. Боевая информация обычно доставалась с трудом, и было как открытым секретом, что при должном статусе и достаточных средствах из Невермора можно было извлечь кое-какие сведения и потенциальные записи. Двум этим критериям Двор Теней соответствовал без труда.

— О? — произнёс Змеебог спустя несколько часов молчания, обращая взор к Минаге. — Ещё одно безупречное прохождение сорокового этажа?

— Не хочу об этом говорить, — пробурчал Минага.

— Ах… Понимаю… В самом деле, выдающаяся группа. Один из них, кажется, с той же планеты, что и твой Избранник, — заметил Змеебог, бросив взгляд на Гадюку.

Видя раздражение Минаги и учитывая синхронность событий, Виластромоз отлично понимал, о какой именно группе шла речь. Он также понимал досаду Минаги… ибо те, кто принял силы Бездны, и впрямь были невыносимы.

Змеебог взмахнул рукой, и возник ещё один экран, показавший фрагменты битвы. Впечатляющее зрелище, как считал Вилас. Существа, благословлённые Богами Бездны, всегда были созданиями интересными и могущественными — по крайней мере те, кому удавалось сохранить разум. Данная группа являла собой тому прямое доказательство.

Осквернённая эльфийка, исцелявшаяся через удаление самой концепции нанесённого урона. Циклоп с цепями, казавшимися нерушимыми, которому удавалось сковывать магию Минаги на несколько секунд за раз, обрушивая при этом невероятно мощные физические удары.

Искажённый Перевёртыш с его множеством мерцающих ликов также был невероятно уникален, каким-то образом вмещая в себя гораздо больше душ, чем положено единому существу. Все они были связаны Бездной в одну Истинную Душу, позволяя ему наполнять своё тело, закреплённое в реальности, одной душой за раз, эффективно меняя характеристики и, вероятно, даже навыки, что делало его невероятно универсальным созданием.

Что касается Тени Бездны (самого «обычного» существа в группе), то и он был выдающимся экземпляром. Невероятно могущественный одновременно заклинатель и убийца, способный слиться с самой щелью между пространствами. Такие существа рождаются, когда нечто застревает меж состоянием жизни и смерти и всецело принимает пустоту Бездны. Тени Бездны переставали существовать, стоит им только своего Благословения, потому и служили они обычными агентами Богов Бездны.

Наконец, в группе был человек-учёный. Все прочие были созданиями, рождёнными для битвы и личного выживания. Верховные хищники, сеющие страх и разрушение, способные вселить ужас почти в любое существо своего уровня. Этот человек был полной противоположностью. Его тело было слабее любого из соратников, не дотягивая даже до уровня прочих низших существ схожего ранга. В прямом столкновении он казался практически бесполезным. Он был ремесленником и творцом, но такие навыки не спасают в схватке лицом к лицу. Его разум не защитил бы его от падающего лезвия.

Но не стоило забывать… он был благословлён Орасом. Не все Боги Бездны равны, и причина, по которой остальные, казалось, видели в нём лидера, крылась именно в том, кто даровал ему благословение. Орас Всевидящий, Орас — Око Бездны. Из всех Богов Бездны именно он имел сильнейшую связь с миром вне её, ибо его взор способен был пронзать завесу, отделяющую Бездну от реальности, что делало его фигурой невероятно уважаемой. Для того, кого признал Орас, совершенство было базовым уровнем, и человек не разочаровал.В тот миг, когда он появился на сороковом этаже и битва была готова разразиться, Гадюка увидел, что задумал человек. Вилас лишь позволил себе лёгкую улыбку, наблюдая как учёный призвал голема, а затем всё его тело вспыхнуло небытием.

Виластромоз видел всё чётко. Вся его душа слилась с машиной способом, напомнившим Гадюке о принципах действия богов-автоматонов. Его душа была подготовлена к сокрытию в заранее созданном ядре голема, в то время как сам человек пребывал в ином месте: в пустоте Бездны.

Его хрупкое тело было полностью укрыто, и единственным способом вынудить его вернуться было уничтожить ядро голема, дизайн которого напоминал Альтмарских Переписных Големов. Что делало ситуацию ещё более крайней, так это появление, когда Минага уже почти закончил свою речь, ещё двух големов. Гадюка видел, что все они были связаны единым разумом, управлявшим тремя телами одновременно, как марионетками, и он не сомневался, что с началом настоящей схватки явятся и иные механические творения.Более того… эта связь, созданная человеком, была расширена. Она соединяла не только машины учёного, но и всех членов его группы, позволяя им действовать почти как единое целое, самостоятельно, но направляемо. Даже наблюдалось некое подобие общего пула ресурсов. Когда битва началась, Минага мгновенно оказался под давлением, и хотя у группы были трудности… в итоге они прошли всё испытание даже чище, чем Джейк со своими товарищами, хоть и с минимальным отрывом. Это также выглядело куда менее зрелищно, что и неудивительно, учитывая, что магия Бездны не синонимична красочности.

— Впечатляюще, — произнёс Гадюка, глядя на запись. — Определённые претенденты на место в первой десятке. Полагаю, таких фигур уже несколько.

— В конечном счёте, вершины определятся в Испытательных Подземельях. Как всегда, — сказал Змеебог.

Гадюка внутренне был совершенно уверен, что Джейк покажет великолепный результат.