Глава 130. Рукопашный бой

Уже по способностям помощника главаря можно было сказать, что общая физическая сила банды Бойцовых Собак не была низкой. Однако им явно не хватало мозговой мощи. Главная причина, по которой Сильный Чжан и его друзья-фермеры пали, в первую очередь, заключалась в их сильных телах и не очень умных головах. Наличие такого рода людей в банде было оправдано, ведь вероятность, что глупцы предадут вас, если их поймают, довольно низкая, особенно если вы их правильно воспитываете.

С таким уровнем интеллекта потрясение разрушительными неудачами в том, что должно было стать легкой прогулкой, действительно заставило главаря сомневаться в своем собственном уме. Что же касается членов банды, то откуда им было знать, что любой, кто нажмет на свою точку Таньчжун, почувствует боль? Как говорится, «эксперт — это тот, кто сомневается», а еще «темнее всего под лампой» [1], другими словами, иногда самая очевидная ловушка собирает больше всего жертв. Более того, атмосфера страха и сомнения, созданная Су Нуан Нуан ранее, была более чем достаточной, чтобы взорвать любой здравый смысл.

Таким образом, когда члены банды Бойцовых собак почти обезумели от страха, Лю Эр Ню яростно затопал ногами и завыл:

— Хитрость! Хитрость! Эти коварные, вонючие монахи слишком хитры! Если у вас есть мужество, приходите и сразитесь с нами! Как вы осмелились отравить нас, это слишком бесстыдно! Оу, оу, оу! Я не принимаю это, я отказываюсь принимать это, несмотря ни на что!

Хо-хо, только послушайте его, немного возмездия и ты уже говоришь о смерти?

Чэнь Цзин тоже выглядел мрачно. Он сказал:

— Говорят, что буддийские монахи милосердны и великодушны, кто бы подумал, что вы опуститесь так низко, чтобы отравить людей. Разве вы не боитесь быть изгнанными самим Буддой?

— Во имя Будды мы на самом деле пошли на блеф, — сердце молодого монаха колотилось от волнения, но он старался не показывать этого на своем лице, намереваясь доказать, что не зря был выбран Су Нуан Нуан для этой критической задачи. Он благосклонно улыбнулся Чэнь Цзину:

— Хотя буддизм требует от нас быть милосердными и великодушными, нам также дарована сила наказывать нечестивых. Дорогие благодетели, вам лучше знать, что в ваших собственных сердцах. Монахи этого храма обязаны защищать семью Ань Пин от отравления вами самими. Поэтому совесть этого смиренного человека чиста, и он не боится наказания от Будды.

Лицо Чэнь Цзина потемнело. Когда он повернулся, чтобы посмотреть на своих братьев по оружию, то увидел, что их лица смертельно бледны, а глаза безжизненны. То, что их еда оказалась отравлена, уже стало большим ударом. Однако утрата морального превосходства подкосила их так сильно, что у них даже не было сил преклонить колени и просить прощения. Таким образом, они могли только неловко стоять там, как группа дураков.

До этого момента Чэнь Цзин всегда пытался создать атмосферу праведности в банде Бойцовых Собак. Помогало то, что дела, которые они совершали, соответствовали этой идее. Хотя не так-то легко было заявлять о своей правоте, он ухитрялся выдавать чью-то невинную кровь за побочный ущерб на пути к большему благу. Этот неортодоксальный метод заставил его банду быстро подняться и собрать сильных бойцов. Отсутствие сомнений и чувство праведности были причиной того, что члены банды оставались верными ей.

Возможно, успех и самообман сделали его самодовольным, он думал, что причина, по которой его группа застопорилась на лестнице успеха Цзянху, заключается в отсутствии возможности. Он всегда представлял себе, что однажды они получат важное задание, выполнят его с большим успехом и получат признание во всех шести южных провинциях, возможно, даже в секторе великих боевых искусств. И с тех пор Бойцовые Собаки будут только расти в силе.

Вместо этого то, что начиналось как простая миссия, потрясло слабое основание их банды, показав истинное лицо Бойцовых Собак. Группа небрежно собранных вместе мужчин была кучей настолько бесполезной грязи, что она даже не могла прилипнуть к стене [2]. Это потрясающее осознание настолько угнетало Чэнь Цзина, что он мог только горько улыбнуться монаху и сказать:

— Дай угадаю, у тебя есть противоядие, верно?

Ну конечно же. Монах мягко улыбнулся, но его чувство беспокойства росло. Оказалось, что его инстинкты были на высоте. Чэнь Цзин внезапно повернулся к своим товарищам и проревел:

— Братья, неужели вы думаете, что сможете выжить только потому, что встанете на колени перед ним за противоядием?

Какое-то мгновение никто не отвечал. Фактически, все действительно думали об этом, когда Лю Эр Ню, немного более опытный бандит, понял смысл слов Чэнь Цзина: