chapter 19
Глава 19
Через пятнадцать с половиной часов Гардиан прибыл к Мариенбаду.
Место было довольно заполненным, вероятно, таким оно не было с того времени, как прибыли первые корабли колонистов. Наряду с Гардианом было два военных корабля Хевена: линейный и тяжелый крейсера, а также несколько кораблей, напоминавших корветы без гипергенераторов, которые находились посреди орбитальной стоянки. Плывший рядом полусобранный корабль был тяжелым грузовиком, предположительно доставленным по частям из Хевена.
Два больших военных корабля были одинаково интригующими. Секция вращения тяжелого крейсера, вместо обычной тороидальной или цилиндрической формы, была построена в форме гантели, с парой клиновидных частей, вращающихся вокруг средней части основного корпуса. Метцгер слышала о таких конструкциях — по теории гантели можно было зафиксировать на месте вертикально во время боя, и в сочетании с сжатым с двух сторон полем компенсатора выжать еще несколько g ускорения, — но никогда не видела ни одной из них сама. Она надеялась, что это один из кораблей. выставленых на продажу, и она будет допущена на борт для более пристального взгляда.
Линейный крейсер был еще интереснее. Вместо секции вращения обитаемая секция посередне кораблях была компактной и встроенной в остальную часть корпуса. Метцгер слышала, что Хевен экспериментировал с новой системой гравитационных плит для своих жилых секций. Очевидно, что это исследование принесло свои плоды.
В другом месте на орбите находилась пара быстрых курьерских кораблей, которые передавали хевенитские транспондерные коды. Первоначальное приглашение любезно предлагало транспорт для более удаленных систем региона, и казалось, что некоторые из них приняли предложение Хевена, точно так же, как некоторые из соседей Мантикоры приняли приглашение Звездного Королевства.
Конечно, как система, которая не могла позволить себе многомесячную поездку в Секур, могла позволить себе купить даже подержанный военный корабль, было совершенно другим вопросом.
Заполненное пространство, конечно, было относительным термином, имея дело с огромным количеством пространства, содержащегося даже на средне-удаленных орбитах. Особенно в этом случае, когда все корабли на орбитах, за исключением линейного крейсера, уже опустили свои клинья, случайный наблюдатель едва бы заметил, что там вообще что-то есть.
Опущенные клинья и холодные узлы. Судя по всему, Гардиан элегантно опаздывал на вечеринку. Как и Странник, чье низкое ускорение оставило его примерно на четыре часа позади.
«Капитан, нас приветствуют,» — объявил Альфонс Джойс со станции связи. «Коммодор Джейсон Фландерс с КФРХ Сентонж.»
«Спасибо,» — сказал Эйген, включая свой комм. «Коммодор Фландерс, это капитан Эйген с корабля Его Величества Гардиан. Приветствую вас, и спасибо вам и Республике за организацию этой встречи.»
Дисплей комма засветился, и на нем появился шатен, одетый в серую с зеленым форму хевенитов, на его плечах сверкали знаки различия коммодора, ансамбль завершался широкой и тщательно ухоженной бородой. «Капитан Эйген,» — серьезно сказал он. Метцгер заметила, что он не улыбался, а в уголках его глаз были морщины. «От имени Республики Хевен и КФРХ Сентонж я хотел бы поприветствовать вас в Секуре. Я рад видеть, что ваши эсминцы класса Протектор все еще хорошо служат вам.»
«Они немного поскрипывают, но в остальном это хорошие суда,» — сказал Эйген. «Я должен сообщить вам, что другая пара кораблей, быстрый курьер Диакторос и его эскорт, все еще находятся в пути. Я прошу прощения за их задержку — я вижу, у вас уже идет встреча. Надеюсь, они прибудут в ближайшие дни.»
«Не проблема,» — сказал Фландерс отметающим взмахом руки. «Мы ожидали, что представители будут приходить и уходить в течение всего месяца, и запланировали наши дискуссии и демонстрации соответственно. Диакторос и собранных им делегатов встретят и быстро введут в дело, когда они прибудут.»
«Рад это слышать,» — сказал Эйген. «Не могу не заметить, что вы, кажется, чем-то озабочены, коммодор. Есть еще какая-то проблема?»
«И да и нет,» — сказал Фландерс, его голос стал немного кислым. «Полагаю, это зависит от того, насколько гостеприимно и доброжелательно мы все чувствуем себя сегодня. Я получил сообщение от одного из делегатов, выражающее обеспокоенность по поводу присутствия здесь нехевенского военного корабля.»
«Вы шутите.»
«Да, я знаю,» — сказал Фландерс, и намек на улыбку тронул его губы. «Полагаю, вы могли бы воспринимать это как комплимент, — он, очевидно, считает, что мантикорский эсминец может противостоять линейному крейсеру Хевена. Но, как я уже сказал, он обеспокоен этим.»
«Что вы ему сказали?»
«Еще ничего,» — сказал Фландерс. «Моим первым побуждением было намекнуть, что это смешно, и что если у него с этим проблемы, он может вернуться домой. Но это точно было бы не по-соседски.»
«Не говоря уже о гостеприимстве,» — согласился Эйген. «Так что нам с этим делать?»
«Глава нашей делегации, посол Буланже, предложил, чтобы мы вывели вас на такую орбиту, чтобы жалобщик не видел вас или что-то другое в вас, что беспокоит его.»
«Я не думаю, что у меня когда-либо был такой грозный неприятель,» — сухо прокомментировал Эйген. «Не уверен, гордиться или стыдиться этим.»
«Я бы не стал беспокоиться на вашем месте,» — сказал Фландерс таким же тоном. «Я не думаю, что он так зол, как изображает.»
«Это действительно смягчает драму,» — согласился Эйген. «Значит, нас отправят за детский стол?»
«Как я уже сказал, это предложение посла,» — сказал Фландерс. «Я не доволен этим по нескольким причинам. Я надеялся, что у вас будет разумная альтернатива.»
«Я уверен, мы сможем придумать что-то,» — сказал Эйген. «Могу я спросить, кто он?»
Фландерс покачал головой. «Извините, но он попросил меня скрыть его имя и систему, чтобы, цитирую, Мантикора не отомстила за его законные опасения. В какой бы параноидальный объектив он не смотрел на вас, это, очевидно, охватывает все Звездное Королевство.»
«Звучит довольно странно для отправляющихся на мультисистемную встречу,» — сказал Эйген. «Но хорошо. Он беспокоится, что мы будем проблемой? Прекрасно. Давайте попробуем так. Мы становимся на близкую к вам орбиту — скажем, тысячу кликов — впереди вас по вашей оси. Затем мы убираем наш клин. С первым намеком на то, что мы пытаемся создать проблему, вы запускаете свой лазер и поджариваете нас.»
Кто-то позади Метцгер пробормотал что-то себе под нос, и Метцгер почувствовала, как у нее сжался живот. Это было ужасное положение для военного корабля. Находиться так близко к линейному крейсеру с опущенным клином было достаточно рискованно. Но усугубить тактический недостаток путем преднамеренного выравнивания с осевым лазером другого корабля было настолько плохо, насколько это только возможно. Конечно, предложение было просто попыткой Эйгена быть саркастичным.
Фландерс явно думал так же. «Вы не серьезно.»
«Почему нет?» — возразил Эйген. «Как лучше показать, что мы вам доверяем? С другой стороны, если ему нужна уверенность в том, что вы альфа-самец на этом конкретном углу улицы, это также должно ослабить его страхи на этот счет.»
«Да, но…» Фландерс остановил предложение. «Нет, я не могу согласиться. Все это безумие. Кроме того, Республика Хевен не имеет привычки позволять малым мирам диктовать ее политику. Особенно политику в отношении своих друзей и союзников.»
«Гостеприимство и добрососедство, помните?» — напомнил ему Эйген. «Мы большие мальчики и можем позволить себе юмор по отношению к новичкам в городе.»
«Капитан…»
«Более того,» — продолжил Эйген, — «я в любом случае планировал занять эту орбитальную позицию. Разумеется, за исключением того, чтобы быть прямо перед вами. Я заметил, что ваши корабли выстроены примерно в одном направлении. Я подумал, что было бы разумно, если бы хотя бы один комплект ракет располагался поперек, на случай, если обнаружится что-то неожиданное.»
Последовала короткая пауза.
«Интересно,» — сказал Фландерс. «Вы ожидаете чего-то неожиданного, капитан?»
«Вовсе нет,» — заверил его Эйген. «Но один из уроков истории заключается в том, что беда редко объявляет о себе. И если возникнут какие-то проблемы, лучше всего заглянуть за горизонт на наших флангах.»
«У вас есть основания подозревать какие-либо такие проблемы в системе?»
«Опять же, не совсем,» — сказал Эйген. «Но если бы был кто-то, кому, скажем, не понравилась бы подобная региональная конференция, его лучшим шагом могло бы захватить какое-то вооружение на поверхности и попытаться поймать нас врасплох.»
Фландерс слабо улыбнулся. «Я вижу, что вы человек, рассчитывающий на худший случай.»
«Возможно,» — согласился Эйген. «Но у нас нет настоящих сражений в окрестностях. Ментальные упражнения и пограничная паранойя помогает провести время.»
Улыбка Фландерса стала шире. «Действительно,» — сказал он. «Ну хорошо. Если мы собираемся создавать дешевые эффекты, мы могли бы пройти весь путь до конца. В духе доверительного сотрудничества со Звездным Королевством и для того, чтобы кто-то не нажал не на ту кнопку и случайно не разрезал вас пополам, мы опустим наш клин и выключим наш передний реактор.»
Метцгер почувствовала, как ее глаза расширились. Действительно ли Фландерс предлагал отключить половину мощности своего корабля, чтобы успокоить чью-то странную подозрительность в отношении Звездного Королевства?
«Вряд ли это необходимо, коммодор,» — сказал Эйген. Судя по его тону, он был так же ошеломлен, как и Метцгер, предложением Фландерса. «Предохранителей вашего орудия вполне достаточно…»
«Тем более, что мы все равно планировали отключить его для технического обслуживания,» — продолжил Фландерс с лёгкой улыбкой поверх его совершенно невинного тона. «Нам нужно провести некоторые работы в системе верхнего радиатора, и нужно, чтобы она была достаточно прохладной для работы наших роботов. Если мы этим можем дать несколько очков одному из наших соседей, почему бы не сделать этого.»
Эйген ухмыльнулся.
«Хорошо сыграно, коммодор,» — сказал он, наклонив голову. «Я думаю, у нас будет интересный визит.»
«Вполне возможно,» — согласился Фландерс. «А теперь к более приятному делу. Я хотел бы пригласить вас на ужин, который мы проводим сегодня вечером на борту тяжелого крейсера Перидот в двадцать ноль ноль по времени центрального меридиана Мариенбада. Надеюсь, вы сможете присутствовать?»
Метцгер посмотрела на часы, которые были настроены на двадцатитрехчасовой местный день. Было чуть больше пятнадцати ноль ноль, что давало им почти пять часов. «Сочту за честь,» — сказал Эйген. «Могу я спросить о цели этой встречи?»
Фландерс посмотрел удивленно.
«Разве все встречи должны иметь цель?»
«Не все,» — сказал Эйген. «Но когда замешаны дипломаты, это обычно так.»
«Да, это так,» — подтвердил Фландерс. «Пока я предпочитаю не объявлять темы. Но я могу заверить вас, что они интересны как Звездному королевству, так и Республике.»
«Интересно,» — сказал Эйген. «Мы будем.»
«Спасибо,» — сказал Фландерс. «Еще одно. Посол просил, чтобы это было небольшое собрание, не более двух человек от каждой представленной системы, и один из них — официальный правительственный делегат, если это возможно.»
«Чего мы не можем обеспечить,» — напомнил ему Эйген.
«Понятно,» — сказал Фландерс. «Не проблема — посол Буланже может проинформировать вашего делегата и других, кого вы привезете, когда они прибудут. В основном я хотел предупредить вас, что вы можете быть окружены скучными правительственными типами.»
«Спасибо за предупреждение,» — сказал Эйген с кривой улыбкой. «Но мы встречались с нашими собственными политиками и выжили.»
«Рад это слышать,» — сказал Фландерс. «До двадцати ноль ноль. Сентонж, конец связи.»
Изображение Фландерса исчезло. Эйген выключил комм со своей стороны и кивнул в направлении затылка рулевого. «Заводи нас, Витория. Будь осторожна, не помни по пути чьих-нибудь перышек.»