chapter 24
Глава 24
Ко времени, когда энсин Локателли вернулся с каскадными реле, Остерман исправила, перенаправила или временно заменила большую часть проводки.
Что казалось намного проще, чем было на самом деле. Несколько плазменных каналов были разорваны во время атаки, и хотя сама плазма давно рассеялась, она оставила зазубренные края перегретого металла и пластика. У Остерман было полдюжины новых ожогов различной степени, а также несколько новых порезов вдоль ее щеки и бока.
Она наложила повязки на худшие из них. Было бы неплохо принять обезболивающие, но она не могла рисковать. Пульсирующая боль отвлекала, но она могла справиться с этим. Онемение и затуманенное сознание она совершенно не могла себе позволить.
Конечно, она пропустила обычные дезинфицирующие протоколы. Сейчас в этом не было смысла.
«Почему, черт возьми, ты так долго?» — прорычала она, когда он вносил упаковку через люк. Это было не то, как унтер-офицеры должны были разговаривать с офицерами, но ее рука отчаянно болела вдобавок к ее новым ожогам и порезам, и она была не в настроении играть в эту игру в последние несколько минут.
«Мне пришлось идти прямо к краю БИЦ, чтобы собрать достаточно реле,» — сказал он, его лицо исказилось от боли. Остерман виновато заметила, что у него появилось несколько своих новых ожогов, и можно было поспорить, что он проигнорировал обезболивающие, как и она. «Из того, что я мог видеть через смотровое окно люка, кажется, что БИЦ был разгерметизирован, прежде чем они смогли надеть свои шлемы.»
Остерман с трудом кивнула. Она в тайне надеялась, что мостик или БИЦ выжили, и просто не отвечали на вызовы уни-линка Локателли по какой-то причине. Очевидно, этого не случилось.
«Но кажется, по крайней мере часть оборудования еще работает,» — продолжил Локателли. «Самое важное — система связного ретранслятора.»
«В самом деле,» — сказала Остерман, легкая вспышка надежды прошла через узел в ее животе. Если бы они могли связаться с Непобедимым или Стремительным, их диапазон вариантов внезапно расширился бы.
Но надежда быстро испарилась. Чтобы попасть в БИЦ, требовалось установить микрошлюз, а она не могла это сделать с одной работающей рукой.
«Я не могу туда войти,» — продолжил Локателли, указывая на разрыв в своем скафандре, там где была его нога. «Но вы можете.»
«Не считая — «
«Я уже установил микрошлюз,» — сказал он. «Я думаю, что вы и Непобедимый сможете придумать план.»
«Да, сэр,» — сказала Остерман, и ее новое неохотное уважение к парню поднялось еще на одну неохотную ступеньку. «Сможете ли вы установить эти реле самостоятельно?»
«Я офицер, старшина,» — сказал Локателли, подарив ей окрашенный болью призрак улыбки. «Мы можем сделать все. Так говорится в руководстве. Идите — если я закончу, прежде чем вы вернетесь, я буду впереди с датчиками слежения.»
* * *
Совершенно синхронно пять кораблей Группы один перекатили клинья.
Как раз вовремя, чтобы залп Эгиды был уничтожен клиньями захватчиков.
Метцгер напряженно улыбнулась. Как адмирал и говорил, все верно. Тамерлан мило подыграл этому.
Едва ли он догадывался, что получил только половину победы.
«Учебные ракеты врезались в полосу напряжения линейного крейсера,» — подтвердила Перроу.
И теперь, заставив Эгиду тратить впустую то, что он считал настоящими ракетами, Тамерлан должен развернуться лицом к противникам.
Только они не развернулись. Вместо этого —
«Ускорение!» — резко объявила Перроу. «Группа один направляется — адмирал, они ускоряются.»
Метцгер не веря смотрела на тактический дисплей. Они действительно ускорялись, их новый курс уводил их от вектора Эгиды под острым углом.
«Вряд ли,» — мрачно сказал Локателли. «Тамерлан просто разделяет свои силы.»
«Но это не имеет смысла,» — запротестовала Метцгер. «Две группы вместе имеют подавляющую силу. Их разделение оставляет каждую на одном уровне с нами.»
«На бумаге, возможно,» — пробормотала Перроу. «Вероятно, не в действительности.»
«Вы упускаете общую картину, капитан,» — сказал Локателли. «Тамерлан играет в свои шахматы. Он собирается не уничтожать пешки, но ставить мат королю. В данном случае довольно буквально.»
Метцгер почувствовала боль в животе. Конечно. Если Тамерлан сможет обойти Эгиду и добраться до Мантикоры, он сможет стать на орбиту и объявить ультиматум прямо Лэндингу и королю Эдварду.
Есть Эриданский эдикт или нет, король не сможет доверять захватчикам, что они не сделают что-то ужасно опустошительное. Ему придется либо сдаться, либо рисковать разрушением своего мира и своего народа.
«Что не оставляет нам выбора,» — продолжил Локателли. «Тактик, проложите курс, приводящий в тыл Группы один. После этого передайте его всем кораблям и сообщите, что по моей команде мы развернемся, чтобы преследовать Группу один и сражаться.»
«Оставляя Группу два без внимания, сэр?» — тихо сказала Метцгер.
«До Группы два еще двадцать минут,» — напомнил ей Локателли. «У Группы один открытая дорога к Мантикоре. Так или иначе мы должны сначала разобраться с ней.»
«Понятно,» — вздохнула Метцгер.
«Курс вычислен, адмирал,» — доложила Перроу.
Ее предполагаемый курс объединял векторы остальных кораблей на тактовом дисплее Метцгер. Она изучила это, и узлы в ее животе затянулись еще на несколько оборотов. Это была плохая идея — она чувствовала это своими костями. Заставить Эгиду преследовать свои корабли было именно то, чего хотел от них Тамерлан, и Локателли собирался идти прямо в ловушку, которую запланировали их враги.
Но Локателли был прав. Мантикоре угрожали с двух сторон, и Первая Зеленая была единственным, что стояло на защите Звездного Королевства. С угрозами нужно было разбираться по порядку.
Адмирал Локателли, старший командир в системе, принял решение. Работа Метцгер состояла в том, чтобы выполнять приказы, которые ей были отданы, и надеяться, что ракетная база на Торсоне каким-то образом справится с задачей удержать Группу два до тех пор, пока Эгида не справится с Группой один и не вернется.
Подразумевая, что Эгида справится с задачей.
«Все корабли готовы, адмирал,» — сообщил МакБрайд.
«Спасибо, старпом,» — сказал Локателли. «По моей команде… «
«Сэр!» — неожиданно крикнул сержант Уоррен со станции связи, наполовину обернувшись, чтобы посмотреть на Локателли широко раскрытыми глазами. «Мы получаем сигнал. Он слабый, а фокус немного неустойчивый — » У него перехватило горло. «Сэр… это с Феникса.»
* * *
«Помотрите, капитан,» — позвала Лиза в микрофон. «Они меняют курс.»
Пошли секунды задержки — теперь более короткой, чем в начале преследования. Лиза воспользовалась затишьем, чтобы ввести числа последнего маневра Группы три. Они поворачивались на правый борт и немного усилили свое торможение. Кроме того, похоже они отказались от своего первоначального курса на Мантикору. Возможно ли, что они решили отменить все и бежать?
Она фыркнула себе под нос. Нет, конечно нет. Более внимательный взгляд на недавно измененный вектор сил Тамерлана показал, что эсминцы просто направляются на соединение с Группой один.
«Я вижу их, коммандер,» — раздался голос Хардасти. «Корректирую наш курс для поддержания вектора перехвата. Я вижу, Группа один тоже движется. Вы думаете, они пытаются соединиться?»
«Похоже на это,» — подтвердила Лиза. Эсминцы все еще корректировали свой маневр, и она позаботилась о том, чтобы подстроить свои собственные данные и анализ.
«Хорошо,» — сказала Хардасти с удовлетворением.
Лиза почувствовала, как у нее сжалось горло. Хардасти могла сказать, что это хорошо, если хотела. В конце концов, два корабля МПСС были все еще далеко, а к тому времени, когда они, по ее прогнозу, достигнут дальности полета ракет, вражеские эсминцы, вероятно, будут расположены к ним боком, не имея возможности начать какую-либо атаку в их направлении.
Дамокл, к сожалению, оказывался в гораздо менее приятном положении. Новый курс эсминцев ставил их не совсем нос в нос, но был достаточный просвет через край их расширяющегося горла, чтобы сделать возможным обмен ракетами.
А Дамокл мог использовать только семь ракет в этом обмене. Против двух кораблей с неизвестным числом ракет в арсеналах это был не очень приятный баланс.
«Тактик?» — зазвучал голос Марчелло в динамике БИЦ.
«Я получила обновленный курс, сэр,» — ответила Лиза. «Сейчас же направляю его вам.»
«Ракеты и команды готовы?»
Лиза снова проверила рапорты. «Обе пусковых сигнализируют готовность, капитан,» — подтвердила она. «Лейтенант Никкельсен утверждает, что его экипажи смогут перезагрузить пусковые за тридцать пять секунд.»
«Скажите ему, что у них есть двадцать пять,» — сказал Марчелло. «Еще лучше — скажите, что я угощу самую быструю команду ужином с открытым баром в Лэндинге, когда все кончится.
Лиза улыбнулась, несмотря на щемящее напряжение на лице. Хорошее, щедрое, подбадривающее предложение.
Плохо что вряд ли кто-то останется в живых, чтобы воспользоваться им.
«Я передам это, сэр,» — сказала она.
«Хорошо,» — сказал Марчелло. «Рулевой, вводите новый курс. Эти ублюдки бегут к маме. Посмотрим, сможем ли мы достать их до того, как они туда доберутся.»