Глава 49
Вайсс рассчитывала, что рыба станет лучшим для растопки льда.
— Ну же, Блейк, откуси кусочек, — надула она губы. — Мы с Лансером всё утро ловили эти штуки.
— Я всё утро ловил их, — поправил её Лансер. — Насколько я помню, ты не очень-то оценила свою добычу.
— Проехали!
Вайсс опёрлась локтями о стол. Скамейка в парке была неровной и изношенной временем, но, по крайней мере, занозы не могли проникнуть сквозь её Ауру. Однако, возможно, Мистралю следовало бы тратить меньше денег на высокую культуру и больше — на содержание города. Она выбрала бы другое место для своей небольшой беседы с сокомандницей, но ни один из ресторанов высокого ранга в городе не допускал фавнов, и хвост Лансера Альтера создавал неверное впечатление. Не то, чтобы она намеревалась обедать без него, в конце концов, он всё-таки поймал еду.
Странно, но Блейк не зарывалась в рыбу, как обычно, когда сталкивалась со своим любимым кушаньем. Вайсс немного обиделась. Верно, её возможности для готовки были ограничены в детстве, но она определённо была лучше, чем тот морщинистый старик в Вейле.
Может, дело было в компании. Вайсс бросила неприязненный взгляд на Сана Вуконга. Белокурый мальчик-обезьяна осмелился сделать такое предложение её товарищу по команде, как будто он не присутствовал только потому, что Блейк была слишком сострадательной, чтобы переживать за себя. Ей определённо нужно было выучить, где следовало проводить черту. И подобный клоун, даже не потрудившийся застегнуть рубашку, разумеется, находился за пределами этой черты.
Но нет, Блейк должно быть уже привыкла к его чёртовому присутствию. Её волновало другое. Но что? С компанией было всё в порядке: она никого не убивала, Лансер Альтер сверкал самой очаровательной из своих очаровательных улыбок, и Вайсс сама занималась приготовлением пищи…
Ох.
Ох, она предположила, что Блейк окажется достаточно умна, чтобы додуматься.
— Тебе не о чем беспокоиться. Еда не отравлена, — уверила Вайсс свою старую подругу. — Если бы я хотела убить тебя, я бы сделала это самостоятельно.
Странно, но Блейк нахмурилась ещё больше.
Ладно, это не сработало. Может, ей стоит сосредоточиться на чём-нибудь другом, поддержать разговор. Темой, связывающей их обоих.
— Я вижу, твои руки уже хорошо зажили, — похвалила Вайсс. — Твоя Аура, должно быть, действительно увеличила свою мощь со времён Бикона, чтобы восстановить тебя так быстро. Впечатляет.
Действительно впечатляло. Сила Вайсс возросла благодаря Королеве, поэтому для неё было ожидаемым такое скорое исцеление. Но Блейк была всего лишь Охотницей, искусной, но лишь немногим выше среднего уровня в плане выработки чистой Ауры. Излечение её рук должно было занять, по меньшей мере, неделю, с большим количеством времени, потребного им, чтобы заново приноровиться к сражениям. Стоять на ногах уже сейчас — само по себе было немалым подвигом.
Глаза Блейк сузились.
— Вайсс, зачем всё это? Что тебе от нас нужно?
— Именно это я и хочу узнать. Неужели я должна повторять каждое объяснение, которое говорю вам, ребята? — вздохнула Вайсс. — В частности, я здесь, чтобы поговорить.
— Что случилось с «выпотрошить меня, как животное, каковым я являюсь»?
Вайсс пожала плечами.
— Посмотри, как это обернулось. Чёрт, в конце концов, я и так довольно много говорила об этом. А теперь… теперь я не знаю, что делать.
Блейк бросила взгляд на тарелки с рыбой. На её губах промелькнула неохотная улыбка.
— Если это не крик о помощи, тогда я даже не знаю, что это.
При воспоминании об их разговоре в забегаловке у Вайсс вырвался смешок. Теперь та дискуссия казалась чем-то далёким.
— И вправду. Я полагаю, Кирей был большим кукловодом, чем я считала. Мои извинения за то, что ввела тебя в заблуждение.
Лицо Блейк потемнело.
— Он работает с тобой? Вы отправили его за Янг? Ты знаешь, что он сделал с её отцом?
— Он отправился за Янг? Я думала, он увлекался Руби, — задумалась Вайсс. — Странно. Хотя я могу подтвердить, что ни он, ни Король Героев не лояльны по отношению к Королеве. Чтобы он ни сотворил с Янг, это его рук дело.
Блейк кивнула.
— Хорошо. Если бы это была ты… я бы…
— Что? Ты никогда не простишь меня?
— Нет, я простила бы, — заверила её Блейк. — То, что ты делаешь сейчас… это не твоя вина, Вайсс. Салем…. Она контролирует тебя. Но она не может захоронить тебя. Я могу сказать, что моя подруга по-прежнему там.
Вайсс ухмыльнулась.
— Благодарю, Блейк. Но ты ошибаешься. Королева меня не контролирует. Она обучила меня, открыла мне истину мира. И за это попечительство я с радостью принесу её волю в этот мир.
Всё Зло Мира станет всем миром. И всё в нём будет одно.
Как и должно быть.
— Вайсс, прошу. Подумай, о чём ты говоришь, — взмолилась Блейк. — План Салем, он убьёт миллионы. Она убьёт каждое живое существо на планете.
Вайсс фыркнула.
— Озпин действительно потрудился рассказать вам о деталях замыслов Королевы? Если бы он это сделал, вы бы знали, что только большинство из них умрут. Остальные познают её благословение и построят новое, более честное общество. К сожалению, не все смогут греться в её тени, но жертвы неизбежны, когда речь идет о подлинных переменах. Тебе лучше всех должно быть это известно, Блейк.
— Что это должно означать? — требовательно спросил Сан.
— Ой, да ладно, макака. Ты и впрямь настолько туп? — с издёвкой усмехнулась Вайсс. — Блейк покинула «Белый Клык» после того, как они обратились к насилию. Она была одной из самых ярых сторонниц перемен.
Блейк отвернулась. Её янтарные глаза сузились от чувства вины.
— Я никогда не собиралась заходить так далеко. Мы просто должны были защищаться. Никому не нужно было погибать.
— Никто не должен был погибнуть? — рассмеялся Лансер Альтер. — Чего вы ожидали, взяв в руки оружие? Несколько царапин там и тут? Вы решили пойти на войну, а не на драку на игровой площадке.
— Мы не хотели, чтобы кто угодно убивал кого угодно, — яростно возразила Блейк. — Они сжигали наши дома и линчевали наших людей. Что мы должны были сделать?
— О, нет, ты неправильно меня поняла, — поправил Лансер Альтер. — Я верю, что вы сделали правильный выбор, сопротивляясь. Если люди чувствовали себя достаточно сильными, чтобы напасть на вас, их бы не поколебали простые слова. Но ты была глупой, думая, что никто не умрёт. В тот момент, когда ты берёшь оружие, чтобы начать войну с кем-то другим, только один из вас может претендовать на победу. Это твой долг против их воли, твоё убеждение против их желания. Я столкнулся с моим лучшим другом и своим сыном на поле боя, и я убил их обоих без колебаний.
Глаза Сана округлились.
Блейк ахнула.
— Ты? Почему?
— Нашим долгом было биться до конца, — сказал Кухулин просто. — Каждый из нас знал, что только один из нас может покинуть поле боя живым, и мы приняли это. Я был бы так же горд погибнуть от их руки, как и лишить их жизни. Вот что значит быть воином. Вступать в борьбу за правое дело, а затем убегать из-за страха пролить кровь — это трусость.
— Так и есть, — согласилась Вайсс. Она не ожидала вмешательства своего Слуги, но его анекдот [1], похоже, помог. Блейк выглядела совершенно выбитой из равновесия. Возможно, в этом состоянии она окажется более полезной. В конце концов, она искала фавна-кошку специально из-за её опытности в смене сторон конфликта.
— Ну, хоть ты и можешь бывать порой такой же глупой оптимисткой, как и Руби, ты — не трус, — продолжила Вайсс. — Я имею в виду, да, ты убегаешь, когда, в самом деле, не должна, отказываешься от начатых тобой движений, … ладно, иногда ты можешь быть немного трусоватой. Но ты не лишена стремления, убежденности. Я видела это. В тот момент, когда ты покинула «Белый Клык», ты сразу же стала Охотницей, потому что это приблизило бы тебя к осуществлению твоей мечты. Ты знаешь, чего хочешь.
Блейк озабоченно поджала губы.
— О чём ты говоришь? К чему ты всё это, Вайсс?
— Это довольно просто, Блейк, — провозгласила беловолосая Альтер. — Мне нужно знать причину, по которой ты оставила «Белый Клык». Что случилось, из-за чего ты отправилась в Бикон?
Глаза Блейк сузились.
— Ты знаешь, что. Я говорила тебе, что Адам…
— Да, да, «Кровавый Бык» начал оправдывать своё имя, — отвергла её слова Вайсс. — Это не могло быть вызвано этим.
— Так и было, — настаивала Блейк. — Адам изменился. Он перестал заботиться о невинных. Это уже не было о людях, которых мы должны были защищать, случайных свидетелях и людях, противостоящих нам. Это было: либо они с нами, либо против нас. И «Белый Клык» менялся вместе с ним. Сиенна Хан никогда не потерпит перемен, но Адам с каждым днём становился всё более популярным. В конце концов, если он захотел бы…
— Он мог начать переворот, — догадалась Вайсс. — Ну разве не интересно?
Судя по тому, что Вайсс знала о прошлом Блейк, Сиенна Хан была близким другом её семьи ещё до образования «Белого Клыка». Она была одним из первых помощников Гиры Белладонны, и, хотя они идеологически отдалились друг от друга, их дружба оставалась достаточно крепкой, чтобы смена руководства «Белого Клыка» завершилась без кровопролития. Кровопролития, пришедшего позже.
Сиенна Хан, не тратя времени зря, удостоверилась, что всему Ремнанту стало ясно, что «Белый Клык» больше не играет. Если вы оскорбляете фавнов, они придут за вами. Эта обстановка страха вызвала больше уважения к фавнам, чем раньше, но она также усилила обстоятельства, убедивших Блейк уйти.
Но не сразу.
— Он мог, — согласилась девушка-фавн. — И если бы он это сделал, Белый Клык больше не стремился бы к равенству. Адам… он не потерпит людей. Он хочет истребления. Мы больше не бьёмся за одну и ту же мечту.
Вайсс замычала себе под нос, задумавшись. Блейк ушла, потому что они с Адамом хотели разного? Это совсем не помогло ей. Она и так уже знала, что она и её сокомандницы желали разных вещей. Что не приблизило её к тому, как разобраться в своих чувствах к ним, или к тому, чего она на самом деле хочет.
Убить их.
Нет.
Заставить их страдать.
Нет.
Мы можем заставить их!
Нет! Я не хочу причинять им боль.
Я забочусь о них!
МЫ ЗАБОТИМСЯ О ТЕБЕ! МЫ — ОДНО!
…
…
…
Да. Мы — едины.
А они — нет.
Они — нет.
…
…
…
…
И всё же…
— Почему ты не прошла всем путём до конца? — поинтересовалась Вайсс. — Почему ты не смогла заставить себя полностью обратиться против него?
Блейк приподняла бровь.
— О чём ты?
— Ну, я просто говорю, что ты была правой рукой Адама. Наверняка у тебя была секретная информация, которая могла бы помочь их одолеть, — указала Вайсс. — Ты могла бы обратиться в полицию или, если боялась, что тебя арестуют, к Озпину. Ты могла бы навредить всей их операции в Вейле. Вместо этого ты убежала в Бикон и превратилась в Охотницу, даже не подумав использовать то, что у тебя было, чтобы уничтожить их.
Блейк опустила глаза.
— Я… я не…
— Тшшшш, — успокоила её Вайсс. Она потянулась через стол и приложила палец к губам фавна-кошки. — Тебе не нужно объясняться. Я понимаю. Тебе пришлось оставить Адама, как тебе пришлось оставить меня, и всё же ты заботилась о нас обоих.
Глаза Блейк расширились. Она отпрянула от пальца Вайсс.
— Не о нём, Вайсс, но ты…
— Он может не распознавать твоей привязанности, но я могу, Блейк, — продолжила Вайсс, игнорируя ошеломлённый лепет подруги. — Я должна поблагодарить тебя и остальных за то, что вы оказались достаточно сильны, чтобы пережить мое предыдущее нападение. Моя глупая эмоциональная сумятица едва не стоила мне того, чего я хочу больше всего. Вас. Тебя, Руби и Янг, я хочу, чтобы мы все снова оказались вместе и боролись за правое дело. Я хочу, чтобы команда RWBY собралась вновь.
Мы не будем самыми одинокими.
— Вайсс, мы можем, — согласилась Блейк, в её глазах загорелась надежда. — Просто идём с нами. Мы отыщем остальных и найдём способ извлечь грязь из тебя.
— Не будь абсурдной, — остановила её Вайсс. Она встала из-за стола, гордая улыбка красовалась на её лице. Она знала, чего желала.
Её команда бросила её. Они оставили её гнить вместе со Шни, а затем не пришли за ней во владения Гримм. Но в результате их попустительства она возвысилась над той, кем когда-то была, во славу Королевы. И если она находилась выше их, то не подобает ли ей простить их и милостиво увести во тьму рядом с собой? В конце концов, разве она не напала первым делом на Королеву, когда они встретились? И если её помиловали, то почему не помилуют и её друзей?
Она не хотела их убивать. Она хотела их.
— Мы все будем едины под волей Королевы, — объявила Вайсс. — Мы, четверо, будем вестниками новой эры порядка и ада!
— Что?! — Блейк подскочила, её глаза и рот были совершенно открыты. — Этого никогда не произойдёт! Мы не станем на сторону Салем! Она — зло!
— Как и весь остальной мир! Она просто честна! — прорычала Вайсс. — Ты всё ещё в ловушке. Пойманная в ловушку иллюзии собственной добродетели. Лжецы… они заковали каждого из вас в цепи своих заблуждений, точно так же, как моя семья сделала это со мной. «Белый Клык», Бранвен, Озпин — они исказили вас, заставив думать, что вам всё известно получше других. То, что ваши намерения каким-то образом имеют моральное превосходство только потому, что они ваши. Это просто трюк. Тень на стене. Единственное, что имеет значение в этом мире — это ваши цели, и что вы готовы сделать ради их достижения!
Блейк попятилась, её янтарные глаза наполнились страхом. Сан вскочил, чтобы присоединиться к ней, и встал рядом, со своим посохом наготове.
Быстрее, чем они смогли моргнуть, перед ними оказался Лансер Альтер. Простым движением Гаэ Болга посох мартышки выбило из его рук.
Сан отпрыгнул. Он уставился на Слугу перед ним в абсолютном ужасе. Затем его лицо ожесточилось, и он встал в боксёрскую стойку. Он, должно быть, осознавал, что это бесполезно. Если Лансер захотел бы его убить, он бы умер в ту же секунду. Но, тем не менее, его смелость была потрясающей.
Кухулин оглянулся на неё с довольной ухмылкой, прося разрешения устроить юноше достойную смерть.
Вайсс вздохнула и покачала головой. Это… это было не то, что ей следовало делать. Это не поможет им увидеть истину.
— Блейк, нужно ненавидеть ложь, а не лжеца, — постановила Вайсс. — Вы все должны увидеть правду. И ты увидишь. Вскоре «Белый Клык» либо преклонит колени перед волей Королевы, либо будет осуждён за свою самоправедность. Что касается остальных, обманувших вас, я обещаю, что позабочусь о них лично.
— Вайсс…
— Нет. Не говори ни слова, — она спокойно подошла к своей дорогой подруге и крепко, успокаивающе, положила руку той на плечо. Она наклонилась к уху Блейк. — Просто возвратись к Руби. Скажи ей, чтобы она не волновалась. Я прощаю вас всех, — торжественно прошептала она. — Скажи ей, что я позабочусь о том, чтобы все мы жили долго и счастливо.
Мы же будем, не правда ли?
…
…
…
Да.
Да, мы будем.
Вайсс усмехнулась. Королева была с ней. Как всегда.
Она зашагала прочь от трясущейся Блейк, Лансер Альтер следовал за ней, не отставая.
Всё чувствовалось хорошо. Как будто она снова вышла из грязи, чистая и великолепная. Её больше не смущала и не омрачала подлая ярость. Теперь у неё имелась ясная цель. Теперь она знала, чего хотела.
И она точно знала, кого ей надо убить, чтобы получить это.
***
Арчер не мог подобрать слов. Он знал, что Сэйбер была ненасытной в своих желаниях, но… восемь детей? Восемь?
Прибытие группы во временное прибежище семейства Арк (несколько снятых комнат в дешёвом отеле) прошло сдержаннее, чем можно было ожидать. Они встретились с остальными сёстрами Жона в одной из многочисленных общих комнат заведения, где повсюду были разбросаны рваные диваны и запятнанные кофейные столики. Его, Руби, Янг и Райдер встретили радушно, но, как и ожидалось, всё внимание сестёр приковало к их брату и Мордред. Пять вновь прибывших светловолосых девушек столпились вокруг этой пары, окружив их диким вниманием.
Были объятия. Были толчки. Были вопросы.
Так много вопросов.
— Где вы были?