Главы 568-569

Джейме Ланнистер стоял посреди главного двора Рейвентри, морщась при виде окружающей его бойни. Последние защитники, верные дому Блэквудов, встречали свой конец — от клинка или через капитуляцию. Мужчины и женщины, старики и молодые — всем, кто присягнул дому Блэквудов, давали простой выбор: сдаться или умереть. Большинство выбирало последнее.

— Славный день, лорд Ланнистер.

Оглянувшись через плечо, Джейме увидел ухмыляющегося лорда Джоноса Бракена, шагающего к нему. Меч лорда всё ещё был обнажён и покрыт кровью. Неудивительно, что дом Бракенов так спешно присоединился к Священному походу против веры в старых богов. Особенно учитывая, что это неизбежно приведёт к прямому столкновению с домом Блэквудов — одним из немногих южных домов, всё ещё хранящих верность старым богам.

— Где лорд Талли? — спросил Джейме.

Джонос подошёл к раненому, но всё ещё подёргивающемуся стражнику, вернее, мальчишке-стражнику — Джейме сомневался, что парню хоть раз приходилось бриться, — и хладнокровно пронзил сердце умирающего юноши своим клинком.

— Всё ещё за стенами. С резервом.

Подняв брошенный плащ, Джейме принялся очищать свой валирийский клинок. Скольких он убил сегодня? Десять? Двадцать? Он уже и не помнил.

— Сколько мы потеряли? — спросил он.

Джонос замешкался, подбирая упавший блэквудский плащ, чтобы вытереть собственный меч.

— Трудно сказать. Может, около пятисот убитых и вдвое меньше раненых? Какими бы отсталыми еретиками ни были Блэквуды, они никогда не сдавались без боя, а Рейвентри — крепкий орешек, каких мало на Юге. Если бы не благословение Семерых и септона Рамси Риверса, нам бы понадобились недели и вдвое больше потерь, чтобы усмирить Блэквудов.

Как бы Джейме ни хотелось избегать всяких мыслей о септоне, он вынужден был отдать должное. По прибытии к Рейвентри, Джейме приказал своим людям готовиться к осаде. В ту же ночь на первом стратегическом совещании инквизитор попросил аудиенции, заявив, что у него есть план. Несмотря на неприязнь к этому человеку, Джейме не мог отказать, если тот предлагал жизнеспособный вариант. План оказался до глупости прост: они начнут осаду главных ворот Рейвентри, привлекая всё внимание туда. Затем, глубокой ночью, септон с двадцатью людьми перелезут через заднюю стену крепости и дождутся утра, чтобы открыть ворота.

План попросту не имел права на успех. Честно говоря, Джейме дал добро на эту попытку лишь потому, что был уверен: ублюдок наверняка погибнет при её осуществлении. Но, к его удивлению и досаде, на рассвете два дня спустя ворота Рейвентри распахнулись ровно настолько, чтобы Джейме успел отдать приказ остальной армии ворваться внутрь. Дальнейшее сражение превратилось в бойню. Несмотря на численное превосходство противника, мужчины и женщины Рейвентри не собирались сдавать крепость без боя.

«Хоть мы и захватили Рейвентри, я почти жалею об этом, — мрачно заключил Джейме. — Теперь эти фанатики-идиоты и впрямь начнут верить, будто этот жестокий ублюдок действительно благословлён Семерыми»

— Септон Рамси потребовал, чтобы всех сдавшихся еретиков отдали ему для допроса и шанса на покаяние, — сплюнул Джонос. — Эти грёбаные древопоклонники не заслуживают чести покаяния, если хочешь знать моё мнение.

Джейме содрогнулся. Он лично видел результаты «покаяния» инквизиторов, когда они наткнулись на усадьбу с идолом чардрева после вторжения на земли Блэквудов. Всю семью заставили пережить ломание пальцев на руках, затем на ногах, потом рук целиком. Но даже когда они кричали о своём раскаянии, инквизиторы лишь смеялись и продолжали. Говорили, что те каются лишь на словах, а не духом. Их мучения прекратились только после того, как каждая кость в их конечностях была сломана, ногти вырваны, а глаза выжжены. И даже тогда этому пришёл конец лишь потому, что Джейме лично вмешался и приказал немедленно предать семью смерти. После того случая он твёрдо решил никогда больше не отдавать никого в руки инквизиторов.

— Женщинам дадут выбор присоединиться к Молчаливым Сёстрам, — приказал Джейме. — Мужчинам и юношам подходящего возраста позволят вступить в Ночной Дозор. Если откажутся, их повесят.

Джонос выглядел недовольным:

— Этих еретиков следует допросить, лорд-командующий.

Вложив меч в ножны, Джейме повернулся к лорду Джоносу лицом:

— Рейвентри находится в самом сердце Речных земель, вдали от досягаемости Старков и Колдуна. Единственное, что мы узнаем, подвергнув их пыткам, — это как громко они могут кричать. Нет. Предложите им Дозор, Молчаливых Сестёр или смерть.

Джонос зарычал, но знал своё место, поэтому лишь стиснул зубы и удалился. Без сомнения, чтобы найти ещё кого-нибудь, на ком можно выместить злобу.

— Найдите лорда Эдмура Талли, — обратился Джейме к одному из ланнистерских солдат позади себя. — Пора ему появиться на передовой, вместо того чтобы прятаться с резервом.

Лишь к наступлению ночи последние очаги сопротивления в крепости были подавлены. Когда солнце уже садилось, Джейме оказался в Большом зале вместе с Эдмуром Талли и Рамси Риверсом. Перед ними на коленях стоял связанный лорд Титос Блэквуд, а за его спиной ухмылялся Джонос. Несмотря на поражение, лорд Рейвентри держал голову высоко; его глаза кричали о неповиновении.