глава 3-70

Где-то во мраке.

— Я все еще не могу понять.

Франческа лежала на своей кровати, хрустя закуской.

— Понять что? – донесся из тьмы ответ ее Слуги.

— А, почему вместо Арти появился этот странный Слуга, хотя я использовала тот катализатор.

— И что это за катализатор?

— Ну, ножны для ее легендарного меча утрачены… так что я использовала ящик, в котором они были запечатаны. На нем был тот же узор, что и на ножнах.

— Ящик?

Франческа перекатилась на кровати и насмешливо склонила голову вбок, услышав вопрос невидимой Героической души.

— Ага; красиво отполированный каменный ящик, который Айнцберны, по всей видимости, нашли в Корнуолле. На нем были следы магической энергии, и такой же узор, как и на ножнах, так что я подумала, что он тоже принадлежал Арти.

Большой лес.

Словно в ответ на внезапное возбуждение Сэйбера, длинноволосая Героическая душа улыбнулась и начала вливать в землю и многочисленные «Благородные Фантазмы», росшие из нее.

Аяка ахнула.

Минуточку! Полицейские конфисковали его меч… который остался в участке, значит… он безоружен! Он даже не облачился в свои доспехи!

Сэйбер снял броню, сотканную из магической энергии. Он все еще был в одежде, которую ему дали в ночном клубе. Аяка не знала, много ли будет пользы от брони против этих ужасных на вид орудий, но она, по крайней мере, была уверена в том, что в обычной одежде он не продержится и секунды.

Не обращая внимания на панические попытки Аяки остановить его, длинноволосый Слуга послал вперед все свои орудия одновременно.

Вместе с тем Сэйбер с силой оттолкнулся от земли и прыгнул прямо в рой клинков. Все еще ликуя, он вымолвил одну-единственную фразу, исполненную радости:

— Итак… начнем.

Полицейский участок.

— Ну, Кастер? Ты выяснил что-нибудь о мече, что я тебе отправил?

В ответе Героической души, который начальник полиции услышал с другого конца провода, чувствовалось раздражение.

— Ну его к черту. Это не Благородный Фантазм, просто модный меч. Хотя мне нравится его дизайн. Можно оставить себе?

Начальник отправил Дюма украшенный меч, который Сэйбер оставил в полицейском участке. Он не ожидал, что Слуга сбежит, бросив свое оружие. Не ожидал настолько, что, вернувшись в свой кабинет и увидев на столе меч, заподозрил ловушку.

— Технически это улика. Я не могу распоряжаться ей, как мне захочется.

— Как всегда, круче тебя только яйца, сваренные вкрутую!

— Что важнее, он, по всей видимости, выстреливал из этого меча какими-то зарядами, похожими на молнии, уничтожая падавшие обломки крыши оперного театра. Видевших это офицеров уже подвергли изменению памяти, но один из даже описал это как некое подобие «лучевой пушки».

Начальник также предположил, что эта же сила уничтожила и сам потолок театра. Насколько он мог судить, это был не просто украшенный меч. Тем не менее, он подумал, что анализ Кастера мог бы что-нибудь прояснить. Он даже надеялся, что, если все пройдет нормально, ему даже удастся обменять меч на союз с Сэйбером. Но поскольку это оружие не было Благородным Фантазмом, такая стратегия была, вероятно, неосуществимой.

— Рыцарь-блондин с красными прядями в волосах? Наверное, это Coeur de Lion. (фр. «Львиное Сердце»)

— …Значит, ты пришел к тому же выводу, Кастер.

— Ага. И кстати, Львиное Сердце был большим фанатом короля Артура. Он вырос на легендах об Артуре и рыцарях Круглого стола. Его придворные менестрели тоже беспрестанно пели о том, каким великим был Артур. В молодости этот парень был блудным сыном, и некоторые даже говорят, что он рыскал повсюду в поисках реликвий короля Артура.

— Я тоже об этом слышал.

Начальник думал, что это была одна из историй, которыми последующие поколения приукрашивают жизнь любого героя, и не придал ей особого значения. Однако ответ Кастера был почти что серьезным.

— Менестрельское искусство произошло от способа передачи устных традиций друидских таинств потомкам… Или это одна из теорий. В любом случае, не стоит недооценивать песни и поэзию. Если кто-нибудь будет слушать их каждую ночь перед сном, то это, весьма вероятно, изменит его душу подобно проклятию или благословению.

— …А разве Ричард Львиное Сердце не из эпохи относительно слабого таинства?

— Уверен, так оно и было, на континенте. Ричард, конечно, имеет отношение к Франции, но он все же был королем Англии, а Англия – островное государство. Таинству сложно покинуть землю, когда вокруг вода. Не удивлюсь, если оно его коснулось, когда он еще был жив-здоров. «Часовая башня», одна из крупных штаб-квартир магов, расположена сейчас именно там. Суди сам.

Кастер замолк на секунду, после чего продолжил читать начальнику лекцию серьезным тоном.

— Скажи, братан, ты знаешь, как называли Coeur de Lion в мое время? Хотя его вроде и сейчас так называют, насколько я знаю.

— О нем ходит слишком много историй. Я не знаю, которую из них ты имеешь в виду.

— Его называли… «Блуждающим королем».

— А, ты про это. Да, я слышал, что за десять лет его правления, он пробыл в собственной стране менее года, но—

— Нет, я имею в виду не то, что он все время либо был в пути к полю боя, либо возвращался назад.

Кастер говорил так, словно придавал значение тому, что должен был сказать.

— Я не понимаю, где же тогда блуждал Ричард Львиное Сердце? – с сомнением спросил начальник.

— На границе между историей… и мифом.

— …

В этих его простых словах была сила. Достаточная, чтобы заставить начальника невольно замолкнуть.

— То есть он был королем, который одной ногой стоял в эпохе, когда феи и руны все еще были обычным явлением. С таким лучше не шутить.

В лесу.

Есть такое выражение, «со скоростью молнии».

Обычно это лишь метафора, но события, происходящие в этот момент перед глазами Аяки, развивались с такой скоростью, что действительно напоминали вспышки молний. Бесчисленные орудия, порожденные Землей, взмыли в воздух. Петляя между ними, Сэйбер подобрался к длинноволосому Слуге вплотную и нанес резкий хук правой.

Его противник быстро отстранился, но Сэйбер сделал шаг вперед и догнал его косым левым апперкотом.

Слуга вновь увернулся, но кулак Сэйбера задел его волосы, и несколько аккуратно осеченных прядей упало на землю. Сила удара превратила кулак Сэйбера в острое лезвие, способное рассечь волос, развевающийся на ветру.

Сэйбер продолжал натиск, уклоняясь от земляных щупалец, которые на него насылал противник, иногда даже используя орудия на их концах в качестве ступеней. И при этом не переставая наносить удары, достойные профессионального боксера.

Длинноволосый Слуга тоже производил впечатление. Он продолжал отражать жестокие удары кулаков с идеальной точностью.

У Сэйбера было небольшое преимущество в скорости, но противник, по всей видимости, превосходил его в физической силе и отводил все удары в сторону. В результате битва шла на равных.

В Сэйбера полетела очередная волна земляных орудий, заставив его отступить и начать все сначала.

— А ты быстрый. Я удивлен; не думал, что ты будешь быстрее меня. Магия усиления?

Длинноволосая Героическая душа покачала головой, явно забавляясь.

— Ну, она не моя, — ответил Сэйбер, в глазах которого все еще полыхал огонь. – Важнее другое… похоже, я не могу достать тебя своими кулаками.

— Значит, эта магия – дело рук твоего «друга»… Ты занимался боксом?

— Немного. Я пытался совместить техники, которые увидел сегодня в фильме, с тем, что освоил при жизни, но знал, что это будет непросто. Я не могу убить того, с кем пытаюсь заключить союз, поэтому решил попытаться просто вырубить тебя ударом кулака, но…

— То что ты так двигался после лишь небольшой тренировки и наблюдения, очень даже впечатляет, — длинноволосый Слуга рассмеялся, и его присутствие слегка изменилось.

Сэйбер заметил, что поведение его противника или, возможно, общее равновесие незначительно преобразилось.

— Я намерен сражаться с тобой с чуть большей серьезностью, как представитель класса Лансер, — обратилась к нему Героическая душа.

— Сэйбер. Приятно познакомиться.