54

Глава 54

«Губернатор,» — сказал Хэкон Эллингсен, когда Джереми Франк сопроводил его снова в офис Оравиля Баррегоса.

«Мистер Эллингсен.» Баррегос протянул руку. «А это — ?» Он поднял бровь на невысокого мужчину рядом с Эллингсеном.

«Абернати, губернатор,» — сказал вновьприбывший. «Капитан Виторино Абернати.»

«Я понимаю.» Баррегос пожал его руку а затем кивнул человеку, поднявшемуся из кресла около его стола. «А это адмирал Розак.»

«Приятно видеть вас, адмирал,» — сказал Абернати, пожимая ему руку. «Мы много слышали о вас. То, что вы сделали, защищая Факел. . .» Он покачал головой в очевидном восхищении, а Розак пожал плечами.

«У нас были обязательства. Как моральные, так и договорные.»

«Я знаю это, но ваши люди заплатили почти также тяжело, — тяжелее, в абсолютном выражении, — как герцогиня Харрингтон заплатила в Грейсоне. Это то, чем может восхищаться любой мантикорец.»

Розак снова пожал плечами, на этот раз немного раздраженно, и Абернати оставил тему.

«Я предлагаю всем нам сесть,» — сказал Баррегос через мгновение, направляя своих гостей к маленькому столу для совещаний. «Кто-то из джентльменов хочет чего-нибудь выпить? Я ожидаю, мы будем здесь достаточно долго, и закуски тоже имеются. С другой стороны, Луис здесь вроде кока, и он предложил накормить нас всех, если мы сделаем перерыв через два или три часа.»

«Согласно адмиральского досье, «вроде кока» кажется преуменьшением.» Эллингсен улыбнулся. «Я буду рад любому блюду, которое он предложит.»

«Надеюсь, вы все еще будете чувствовать это после еды,» — сказал Розак с ответной улыбкой.

«Я не слишком беспокоюсь об этом, адмирал,» — ответил Эллингсен, и поставил свой маленький портфель на стол. Он открыл изощренные замки безопасности и извлек коробку чипов и компактный голографический блок.

«Мне кажется, что мы можем сэкономить время, позволив министру Лангтри объяснить ситуацию вам лично, губернатор,» — сказал он и вставил один из чипов в плеер. Через мгновение над плеером появился узнаваемый образ сэра Энтони Лангтри, министра иностранных дел Звездной Империи Мантикоры. Он сидел за столом в явно формальной обстановке, и горизонт города Лэндинг был виден через окно за его левым плечом. Эллингсен вопросительно посмотрел на Баррегоса и, когда губернатор кивнул, нажал кнопку воспроизведения.

«Губернатор Баррегос,» — сказал Лангтри, «- я ценю вашу готовность продолжать эти переговоры с мистером Эллингсеном. Очевидно, у нас — Звездной Империи и Сектора Майя — есть что обсудить, и мы не собираемся все это сделать за одну сессию. Однако я чувствую, что для вас важно точно знать, что мы думаем здесь, в Лэндинге, поэтому я записал это сообщение. Я полностью доверяю мистеру Эллингсену и он может разъяснить любой вопрос, если вы чувствуете, что дополнительное разъяснение необходимо или желательно.»

Он остановился на мгновение, словно позволил уяснить это, затем продолжил.

«По сути, мы нуждаемся в всех союзниках, которых мы можем получить. Готовность Республики Хевен вместе с нами противостоять агрессии соларианцев была спасительной. Честно говоря, особенно после Удара Явата, я сомневался, что наша позиция будет жизнеспособной без полноценной поддержки президента Притчарт. Но «жизнеспособная» не обязательно то же, что и хорошая, я боюсь, и это даже не учитывая это «Мезанское Согласие», о существовании которого мы только недавно узнали. Как вы и адмирал Розак, вероятно, осведомлены лучше, чем многие, мы обладаем значительным преимуществом в боевых возможностях на тактическом уровне. Стратегически наши конечные перспективы гораздо менее обнадеживающие. Население и промышленная мощь Солнечной лиги во много раз больше, чем в Звездной Империи и Республике Хевен, вместе взятых. В конце концов, даже солли — не обижайтесь,» — немного усмехнулся он, «- осознают наши преимущества … и захотят получить те же возможности для себя.»

«Имея достаточно времени, они это получат.»

Лангтри снова сделал паузу. На этот раз его выражение было мрачным, и он отхлебнул из чашки кофе на столе, прежде чем продолжить.

«Наша лучшая — возможно, единственная, — надежда — быстро победить Лигу в короткой, насколько возможно, войне. По большей части для завершения противостояния до того, как Лига сможет полностью мобилизовать свои R&D возможности против нас, но и для прекращения войны с минимальными, насколько это возможно, потерями жизней и разрушениями имущества. Чем меньше разрушений мы делаем, чем меньше будет убитых соларианцев, тем лучше шанс на мирное урегулирование, которое позволит избежать такого рода реваншизма, который вернет Лигу обратно к войне с нами, как только ее оружейники продублируют наши преимущества.»

«И это приводит нас к Майе.»

Министр иностранных дел посмотрел прямо в камеру.

«Стало ясно, что Мандарины никогда не заключат мир путем переговоров. Это глупо и абсолютно саморазрушительно, но, похоже, они убеждены, что они слишком далеко зашли, чтобы отступить. Они готовы убить столько людей, сколько необходимо, чтобы купить выживание своей личной власти и системы, которая дает им ее, и тот факт, что они не находятся под каким-либо эффективным политическим надзором, — то, что позволяет им делать это. Поэтому, чтобы любое урегулирование на основе переговоров стало возможным, мандарины должны уйти. И поскольку нет политического механизма для их устранения, мы должны создать ситуацию, в которой Ассамблея Лиги — или, по крайней мере, достаточно звездных систем — членов Лиги — создаст этот механизм из чувства самосохранения.

Мы надеемся убедить их, что они должны принять меры, если Лига хочет выжить. Вы, несомненно, знаете еще лучше, чем я, насколько откровенная ненависть к Пограничной Безопасности и Лиге вообще существует в Окраине и насколько она полностью оправданна. Мы предлагаем дать этой ненависти, этому законному стремлению к независимости от политической и экономической системы, которая так долго насиловала Окраину, голос, чтобы умножить угрозы, которые могут осознать системы Центра.

Мы верим, что вспышка широкомасштабных беспорядков — и призывы от тех, чьим экономическим интересам они угрожают, к Старому Чикаго об их подавлении — приведут к осознанию мирами Центра, даже теми, кто не понимает, насколько действительно критичны для бюджета правительства Лиги доходы, выжимаемые с Окраины, и что Лига сползает к распаду. С этой целью мы продвигаем дискуссии с … решительными реформистскими элементами во многих протекторатах и в нескольких формально независимых звездных системах. Наша политика состоит в том, чтобы избегать поощрения тех, кто, как мы чувствуем, имеет меньше шансов на успех, так как ни им и ни нам ни к чему способствовать восстаниям, которые потерпят неудачу. Однако, если мы верим, что шансы на успех существуют, мы готовы предоставить как оружие, так и поддержку флота.

Очевидно, я говорю с вами, потому что мы знаем, по крайней мере, в общем смысле ваши несомненные планы в Секторе Майя. Мы полагаем, что независимая Майя под вашим управлением будет значительным улучшением в нынешней ситуации, и, несомненно, было бы в наших собственных интересах развивать дружеские отношения с такой независимой звездной нацией. Также было бы в наших интересах восстановить наши отношения с Эревоном и вообще укрепить стратегический фланг как Звездной Империи, так и Республики Хевен в вашем районе.

Поэтому я теперь официально предлагаю вам союз с Звездной империей и Республикой. По понятным причинам это не то, что любой из нас сможет публично объявить в ближайшее время. Однако мистер Эллингсен и капитан Абернати уполномочены обсуждать с вами, какая военная — и экономическая — поддержка вам может потребоваться, чтобы преуспеть в ваших … стремлениях.»

Он снова помолчал, потом слегка улыбнулся.

«Есть старый, старый пример политической мудрости времен до расселения, который, я думаю, относится ко всем противникам Лиги. «Если мы не будем держаться вместе, мы все будем висеть отдельно.» Мне кажется, а также моей императрице и президенту Притчарт, что было бы намного мудрее Большому Альянсу и Сектору Майя в этот момент держаться вместе.