Том 1 Глава 178

Перевод: ShawnSuh

Под редакцией: SootyOwl

— Наконец-то он вышел! Литературный журнал » начало и конец.’”

‘»The Beginning and the End» отмечает самые высокие ежедневные продажи в истории корейских литературных журналов. Воскрешение литературных журналов.”

«Юн у, Сияющая звезда среди ветеранов-авторов. Значение, стоящее за его изображением смерти. Внушающая благоговейный трепет способность молодого автора.”

«Новый рассказ Юнь Ву, «река», доставляет новую волну шока. Каковы некоторые вещи, которые могут быть достигнуты с помощью короткого рассказа?”

— Юн у, Пожалуй, самый заметный из девяти. Более близкий взгляд на критикуемую ‘ реку.’”

— Битва между Сан Юн Юном и Юнь у. Юн У Победит? Болельщики Реагируют.”

«Критик Пен Цзинь Ли обсуждает разницу между Сан Юн Юном и Юнь У. Взгляд на смерть и разрыв между идеалами и реальностью.”

«Критики считают недавнюю работу Юнь Ву «река» его самой глубокой работой до сих пор.”

«Самый молодой дебютировал в качестве автора.- Взгляните поближе на гениальное авторское изображение смерти.”

«Когда-то уменьшающаяся “лихорадка Юнь Ву” снова поражает, проходя мимо близкой погони Сан Юн юна и Чжун Су Бонга.”

—

Позади Юхо, словно ветер, пронесся велосипед, а за ним взволнованный ребенок с воздушным змеем в руке и его родители.

Стоя на том месте моста, откуда была видна река Хань, Юхо открыл литературный журнал, присланный ему Дэ Су. Пока порыв ветра обдувал страницы, Юхо держался на безопасном расстоянии от перил, до которых было около трех шагов.

Во-первых, он посмотрел на оглавление, где названия каждого произведения были перечислены вместе с авторами, которые их написали. Журнал начал с статьи Geun Woo, за которой последовали Mideum, Dong Gil, Seo Joong, Dae Soo, Sang Choi, Joon Soo, San Jung и, наконец, Yun Woo. Хотя было неясно, как именно был принят этот приказ, Юхо слегка беспокоило то, что он оказался в самом конце. При особом условии написания общей темы в группе, быть последним в строке было недостатком, потому что существовала опасность того, что читатели станут более знакомы с содержанием.

‘А что, если его похоронят?’

— Папа! Веревка совсем запуталась!- ребенок закричал вдалеке, запуская своего воздушного змея, и одинокий воздушный змей в небе рухнул на землю. Посмотрев на это некоторое время, Юхо переключил свое внимание на пьесу Гын Ву. Что-то пробудилось в нем, когда они впервые читали произведения друг друга. Другие авторы, должно быть, делали то же самое, глядя на недавно опубликованный журнал на своих соответствующих местах.

— Ха…!- Юхо рефлекторно выдохнул, прочитав статью Гын Ву. Это было удручающе.

Тот факт, что журнал начал с такой удручающей статьи, подчеркивал характер журнала, который был посвящен теме смерти. Описание депрессии Geun Woo было увлекательным способом, который был необъясним, заставляя читателей хотеть читать дальше.

Затем за ней последовала часть Мидея, вызвав полную перемену в настроении. Там был сильный элемент юмора, и с автором, являющимся автором детективных романов, сюжет сосредоточился вокруг таинственной смерти. Это было забавно. Учитывая уникальность персонажей и дружественное развитие сюжета, пьеса Мидеума должна была стать самой привлекательной для масс. Она была писательницей, которая очень хорошо осознавала прелесть своего стиля письма.

Затем появился раздел, в котором журнал перешел с Dong Gil на Seo Joong. Так же, как их личности в реальной жизни, был резкий контраст между их стилями письма, и было приятно видеть такие поляризованные стили спина к спине. Жар, который пробивался сквозь жирность кожи. Или чабер, который последовал за сладостью. Вкус этих двух кусочков был не просто сладким или соленым. Они были подавляюще правы. В то время как один был жестким, а другой мягким, они оба были выдающимися в плане своих навыков, уравновешивая друг друга.

Затем появился неприятный запах плесени. К счастью, источник запаха стал ясен, когда Юхо прочел следующую статью. Казу Марзу. Это был тухлый сыр, который ферментировался путем помещения в него живых личинок, что имело удивительный эффект придания сыру более мягкой текстуры. Хотя большинство людей нашли бы его отталкивающим и тошнотворным, те, кто развил вкус к сыру, не могли перестать его жаждать. Поскольку сыр был запрещен к продаже на публичных рынках из-за законов О безопасности пищевых продуктов и гигиене в различных странах, Casu Marzu продавался на черном рынке. Это был деликатес для многих, до такой степени, что они бы предпочли наложить на него свои руки, несмотря на закон или личинки, живущие в сыре. Это был кусок, который напомнил Юхо о крепком вине.

“А-ха! А вот и вино идет.”

Вино, которое всплыло в голове Юхо, наконец появилось в следующем фрагменте, написанном Сан Чоем. Преисполненный любви к себе, он был писателем, весьма чувствительным к отношениям других людей. Любовь была самой сильной эмоцией, которая могла возникнуть в межличностных отношениях, и именно там существовала смерть. Вино было не только крепким, но и довольно горьким. Это был волшебный эликсир, способный утихомирить бурю эмоций и в то же время позволить пьющему пренебречь реальностью, с которой они столкнулись.

К тому времени, когда тело и разум Юхо начали затуманиваться, появилась Чжун Су, и читатели, которые потягивали вино, напряглись при внезапном появлении пугающего отца, оказавшись в таких местах, как конференц-зал или классная комната. Воздух был холодным, и у Юхо защемило сердце. Это была довольно тяжелая и серьезная вещь. К тому времени, как зловоние алкоголя покинуло тело, Юхо ощутил на своей коже тесноту официального одеяния, и ответственность, такая как задания, домашние задания и проекты, поднялась на поверхность его разума.

“Как тебе Чжун Су, — выдохнул Юхо, вырываясь из распутства. Вечеринка закончилась. Затем, когда он перевернул страницу, на ней появилось название, написанное темными чернилами. ‘состояние экстаза.- Это был выбор Сан Юнга для титула.

При этих словах в голове Юхо промелькнул список романистов, оборвавших свою собственную жизнь. Художник, который прыгнул в реку после того, как его охватило чувство саморазрушения. Великий сказочник. Даже не оплакивая смерть своих создателей, рассказы, написанные такими писателями, были все еще столь же популярны, как и тогда, когда они были впервые опубликованы.