Глава 1617. Выбор

Поднявшись на ноги, Юй Цзун Ин никак не мог унять дрожь во всём теле. Он и в самом смелом сне не смел надеяться, что на закате своих дней вновь узрит лик Святого Учителя.

В те далёкие времена он был совсем ребёнком, но до сих пор ясно помнил, как Святой Учитель брал его с собой в море верхом на ките, чтобы вместе полюбоваться закатом. В ту эпоху Святой Учитель был верховным властелином Девяти Миров, существом, недосягаемым для простых смертных. И то, что он удостоился благосклонности такого великого человека, во многом объяснялось заслугами его родителей.

Сегодня, по прошествии стольких лет, Повелитель Девяти Миров лично посетил их семью Юй. Для их клана это было не просто неожиданностью — это было величайшей честью, о которой только можно мечтать!

В этот момент Предок Юй и другие адепты застыли как громом поражённые. Прапредок Юй занимал в их клане самое высокое и беспрекословное положение — он был Божественным Императором Девяти Миров, и всё же сейчас он смиренно склонялся перед Первым Свирепым Человеком. Это зрелище потрясло их до глубины души.

— Кучка глупцов, из-за листка не видите горы! — ледяным тоном произнесла Юй Тацзюнь. — Стоите перед горой Тайшань и не узнаёте её!

— Забудь, не стоит их винить, — Ли Цие снова опустился в массивное кресло и слегка покачал головой.

Будь на их месте кто-то другой, он бы давно проучил их, но ради Юй Тацзюнь он не мог по-настоящему гневаться. Иначе такие мелкие сошки, как Юй Чжань, не смогли бы так долго безнаказанно прыгать перед ним.

Предок Юй и остальные боялись даже вздохнуть. Они не знали истинного происхождения Первого Свирепого Человека, но видя, с каким благоговением к нему относится сам Прапредок, понимали: за этим юношей стоит невообразимо великая и ужасающая сила.

Что же касается Юй Чжаня, то он стоял на коленях, ни жив ни мёртв от страха. Он даже не смел поднять головы и не издавал ни звука.

Глядя на своих потомков, каждый из которых понуро опустил голову, Юй Тацзюнь не смогла сдержать разочарования. Людей, способных в одиночку нести ответственность за судьбу клана, в семье Юй становилось всё меньше. Дети были непутёвыми, и каждое новое поколение оказывалось слабее предыдущего.

Пока Юй Цзун Ин был жив, он мог удерживать небо над головами семьи Юй. Но когда он уйдёт, единственным, кто сможет взять на себя тяжкое бремя, останется Предок Юй. На такой огромный клан — всего один-два достойных человека. С таким будущим семье Юй не избежать упадка.

В сердце Юй Тацзюнь царила горечь. Проблема семьи Юй была не в нехватке ресурсов, а в отсутствии перспективных учеников. И под перспективой она понимала не только врождённый талант.

— Неспособные ни на что ничтожества! Вы впустую растратили шанс, который выпадает раз в жизни! — Юй Тацзюнь сурово отчитывала стоящих перед ней потомков.

Предок Юй и другие слушали её, низко склонив головы и не смея издать ни звука.

— Милорд, посмотрите на этих бездельников… Есть ли у них хоть какая-то надежда? — спросила Юй Тацзюнь, обращаясь к Ли Цие.

В её глазах не было никого, кто разбирался бы в людях и талантах лучше, чем Ли Цие. С незапамятных времён из-под его крыла вышло бесчисленное множество легендарных мастеров.

Услышав её вопрос, Предок Юй и остальные вздрогнули, их охватил ледяной ужас. Если их Старая Матриарх проявляет такое почтение к Первому Свирепому Человеку, значит, его истинная личность действительно невероятна.

— Мои глаза уже не те, боюсь, я лишь введу этих детей в заблуждение, — Ли Цие слегка покачал головой.

Услышав этот отказ, Юй Тацзюнь тихо вздохнула. Она поняла, что её непутёвые потомки не удостоились внимания Ли Цие. А ведь если бы они смогли приглянуться ему и получить хотя бы крупицу его наставлений, их будущее стало бы безграничным.

— Все вы, подойдите и поприветствуйте Милорда, — холодно приказала Юй Тацзюнь. Для неё это был последний шанс вымолить хоть какую-то опору для своих непутёвых наследников.

Предок Юй и остальные не смели перечить. Они гуськом подошли и пали ниц. Ли Цие лишь слегка кивнул, не проронив ни слова.

Юй Цзун Ин, стоявший поодаль, печально осознал: надежды нет. Эта молодёжь действительно не заинтересовала Ли Цие.

Юй Тацзюнь окинула поклонившихся потомков ледяным взглядом и фыркнула:

— В вашем распоряжении лучшие ресурсы мира, но посмотрите на себя! Чему вы научились? То, что вы практикуете — это сущий вздор! Вы даже хуже вольных практиков! Вы так привыкли к сытой и спокойной жизни, что забыли, каково это — быть истинным практиком! Возомнили себя великими господами и благородными девами!

Предок Юй и остальные ещё ниже склонили головы, не смея даже пикнуть.

— Сяо Ши, — Юй Тацзюнь посмотрела на Предка Юй, — ты все эти годы старался, это правда. Но тебе не хватает прозорливости. Ты слишком баловал своих детей и внуков, не держал их в узде, и в итоге превратил их в неженок, прячущихся в башне из слоновой кости!

Поскольку Юй Цзун Ин уже давно не вмешивался в мирские дела, фактическим главой поместья Юй всё это время был именно Предок Юй.

Услышав упрёк от бабушки, Предок Юй склонился в земном поклоне и произнёс:

— Ваш внук проявил слабость и подвёл будущие поколения семьи Юй. Прошу, накажите меня.

— Отныне ты сам будешь заниматься их обучением! — сурово отрезала Юй Тацзюнь. — С этого дня семья Юй закрывает свои врата. Все ученики переводятся на военное положение. Вводится строжайшая дисциплина. Тот, кто не достигнет нужного уровня культивации, не сделает ни шагу за порог поместья, чтобы не позорить наше имя!

Это было вынужденное решение. Ученикам семьи Юй не нужны были редкие сокровища или техники — им нужно было Сердце Пути. Они жили слишком вольготно. Всё, чего они желали, доставалось им без труда, обеспечивая почет, статус и комфорт.

Именно из-за этого их умы были забиты всяким хламом. Им было трудно противостоять мирским соблазнам и сосредоточиться на горьком пути совершенствования. А без этого Сердце Пути никогда не станет твёрдым.

Юй Тацзюнь понимала: её потомкам не хватает стойкости. И первым делом после выхода из затвора она заперла двери клана, решив закалить их дух железной дисциплиной и суровыми тренировками.

— Ваш внук повинуется приказу, — Предок Юй вновь склонился, принимая волю Матриарха.

Затем Юй Тацзюнь посмотрела на Юй Чжаня:

— Ты молод и глуп, но это не оправдывает твою бездарность. Ты привык лишь кичиться тенью своих предков. Твоё наказание: лишение всех выплат на тридцать лет и сто лет изнурительных тренировок в долине Чэньшуй, чтобы выбить из тебя всю твою спесь!

Лицо Юй Чжаня мгновенно побледнело. Для такого изнеженного барчука подобная кара была хуже смерти. Но он не посмел возразить и, распластавшись на полу, ответил:

— Ученик принимает наказание.

Глядя на них, Юй Тацзюнь внутренне вздохнула. Любой старший любит своих детей, но при нынешнем упадке нравов в семье Юй мягкость была губительна.

— Милорд… не могли бы вы выбрать одного из них? — напоследок спросила Юй Тацзюнь, глядя на Ли Цие.

Произнося это, она буквально переступила через собственную гордость. Юй Тацзюнь понимала, что Ли Цие не впечатлён её потомками, и теперь она, рискуя своей репутацией, умоляла его дать хоть одному из них шанс на наставление.

Она не рассчитывала, что Ли Цие возьмёт под крыло всех. Но если он укажет хотя бы на одного и даст ему верное направление, для всей семьи Юй это станет искрой надежды.

Юй Тацзюнь знала: под опекой Ли Цие даже самый заурядный человек способен пробиться к вершинам.

Сейчас её клан страдал от отсутствия достойного преемника. Юй Цзун Ин проживёт недолго, Предок Юй тоже не сможет вечно оберегать их. Семье Юй был необходим лидер среди молодёжи, способный в одиночку противостоять бурям мира.

Ли Цие тихо вздохнул, услышав её просьбу. Будь на её месте кто-то другой, он бы и глазом не повёл. Но когда старый соратник просит о милости, он не мог не уважить её.

Ли Цие медленно обвёл взглядом собравшихся учеников семьи Юй. Наконец, он снова вздохнул, и его взор остановился на Юй Юйлянь. Он указал на неё пальцем и произнёс:

— Пусть будет она.

Юй Юйлянь, стоявшая на коленях, замерла от неожиданности. Она и представить не могла, что выберут именно её. Ведь до этого она вела себя с Ли Цие крайне недружелюбно. Девушка оцепенела, не веря своим ушам.

— Подойди, — увидев, что Ли Цие согласился, Юй Тацзюнь улыбнулась и поманила девушку рукой.

Юй Юйлянь всё ещё пребывала в прострации, но послушно подошла и опустилась на колени:

— Юйлянь приветствует Старую Матриарх.

— Это станет для тебя великим испытанием, ты готова? — медленно спросила Юй Тацзюнь. — Ты должна обладать непоколебимой решимостью. Если твоё Сердце Пути неустойчиво, у тебя ещё есть шанс заложить новый фундамент, но главное — есть ли у тебя воля?

Юй Тацзюнь пристально смотрела на Юй Юйлянь:

— Этот путь не будет гладким. Тебя ждут огромные трудности, непростой выбор и много боли. Но если ты сможешь пройти его до конца, если твоё Сердце Пути останется твёрдым, впереди тебя ждёт истинное величие.

— Я… я… я… — Юй Юйлянь замялась. В её глазах читалась надежда, смешанная с сомнением.

Видя её колебания, Предок Юй не на шутку разволновался. Это был шанс, выпадающий раз в десять тысяч лет! Даже он, великий Божественный Император, не удостоился такой чести, а Юй Юйлянь получила этот дар небес. Он готов был сгореть со стыда за её нерешительность.

— Дитя, что тебя гложет? — Юй Тацзюнь, способная сражаться на равных с Бессмертными Монархами, видела людей насквозь. Она заговорила очень мягко.

— Я… — Юй Юйлянь открыла рот, но слова застряли в горле.

— Всё дело в Лун Аотяне из ордена Летящего Бессмертного? — догадался Предок Юй и решил помочь ей высказаться.

— Я не знаю, — Юй Юйлянь покраснела и низко опустила голову.

Предок Юй всё понял. Раньше семья Юй благосклонно относилась к этому союзу, но теперь всё изменилось. Для него было куда важнее, чтобы Юй Юйлянь осталась в клане и получила должное воспитание, ведь от этого зависело выживание всей семьи.

— Мальчишка из ордена Летящего Бессмертного тебе не пара, — Юй Тацзюнь безжалостно окатила внучку холодной водой. — Даже если ты выйдешь за него, ничего хорошего тебя не ждёт.

— Старая Матриарх… — прошептала Юй Юйлянь, не зная, что ответить.