Глава 2189

Сознание Юнь Чэ в одно мгновение было полностью поглощено этими четырьмя словами.

Он словно увидел четыре светящихся меча, которые с древнейших времён, из первозданного хаоса, рассекли пространство и время и достигли его. Они беззвучно, неосязаемо, но безупречно отделили его душевное море от тела и унесли его в бескрайнюю пустоту, полностью сотканную из намерения меча.

В этой пустоте не было ни неба, ни земли, ни света, ни тьмы.

Это доселе невиданное чувство небытия и это крайне странное пространство были для него совершенно незнакомы, но в его сознании ясно отразилось само собой возникшее понимание:

Хаос.

Казалось, это был тот самый хаос — когда небо и земля ещё не разделились, инь и ян не разошлись, все вещи ещё не родились. Существовало одно лишь намерение меча… намерение меча, существовавшее, казалось, ещё до рождения всех вещей, древнее, чем само время.

Оно, похоже, тихо покоилось в самом центре этого хаотичного мира — не погружаясь, не всплывая, не двигаясь, не колеблясь, но при этом беззвучно касаясь каждого уголка мироздания.

Но если оно пробудится…

Тогда жизнь и смерть поменяются местами, небо и земля рухнут, мириады звёзд будут вспыхивать и гаснуть, течение лет прервётся, причинно-следственные связи разрушатся…

Юнь Чэ!

Юнь Чэ!!!

В хаосе, казалось, кто-то звал его по имени — далёко и невнятно, но постепенно всё настойчивее.

Юнь Чэ! — —

В хаотичном мире появилась «чужеродная примесь»… чисто белый, безупречный след.

То спящее намерение меча по-прежнему безмолвствовало, позволяя этому чистому белому следу быстро проникнуть, пока тот понемногу не заполнил всё хаотичное пространство.

Сознание Юнь Чэ в этой белизне постепенно прояснилось. Четыре иероглифа «Искусство меча, карающего небеса» по-прежнему чётко отражались в его духовном море, по-прежнему неся в себе леденящее душу намерение меча, но больше не поглощали его сознание.

— Ты… только что…

Голос Ли Суо был полон глубокого беспокойства и таил в себе оттенок страха.

— Всё в порядке, — Юнь Чэ замолчал на некоторое время, словно перестраивая своё восприятие, а затем спокойно ответил: — Я, похоже, на мгновение увидел… первоначальный облик хаоса.

— … — Ли Суо не нашлась, что ответить.

— Ты видишь эти иероглифы? — спросил Юнь Чэ.

Ли Суо медленно промолвила:

— Искусство меча, карающего небеса.

Даже если её существование слишком призрачно, даже если её память слишком фрагментарна, она ни за что не могла забыть, что означают эти четыре слова.

Следуя за глубоко затронутым восприятием, она тихо произнесла:

— Первородный меч, карающий небеса — прародитель всех мечей в мире. Искусство меча, карающего небеса — источник всех искусств меча во всех мирах.

— За свою жизнь Мо Е создал на основе Искусства Меча, Карающего Небеса более девятисот тысяч техник фехтования. Помимо нескольких ключевых, остальные были распространены по всем мирам и кланам.

— Эти девятьсот тысяч техник затем распространились и трансформировались по всей вселенной, подобно ветвям, растущим от ствола дерева, или многочисленным ручьям, берущим начало от быстрого потока, порождая бесчисленные искусства и школы меча. Но, восходя к истоку, все они не могут избежать влияния Императора Богов, Карающего Небеса и его Искусства Меча, Карающего Небеса.

Это были только что пробуждённые под влиянием Ли Суо воспоминания — она словно тихо произносила слова, ей не принадлежащие, каждое из которых несло в себе веяние бесчисленных лет и судеб.

— Среди искусств меча, созданных Императором Богов, Карающим Небеса, сильнейшим считается Искусство Меча, Разрушающего Небо, которое практикуют в Божественном Царстве Разрушения Небес. Хотя оно и передавалось только подчинённым ему кланам, всё же не было абсолютно запретным. Единственное исключение — Искусство Меча, Карающего Небеса… Когда Первородная Богиня сотворила четырёх богов творения, эта техника фехтования была запечатлена в основе души Мо Е и никогда никому не показывалась.

— И вот… теперь…

Четыре бога творения не скрывали друг от друга своих собственных божественных сил. Например, Ни Сюань полностью овладел созданными Мо Е девяносто девятью ступенями меча разрушения небес, а также слил воедино силу порядка Си Кэ и вместе с Цзе Юань создал «Луну, выталкивающую Звёзды».

Мо Су ничуть не удивляло, что Ни Сюань знает сотворённое Ли Суо «Чудо жизни».

Но у четырёх богов творения были и свои, сугубо личные, запретные зоны, куда не могли ступать даже другие боги творения.

Для первого бога творения Мо Е такой зоной было Искусство меча, карающего небеса!

И если бы Мо Е всё же решил выбрать наследника Искусства меча, карающего небеса, им мог быть только наследный принц, карающий небеса, Мо Су.

И вот сейчас, в этот самый миг, Искусство Меча, Карающего Небеса — это сокровище, принадлежавшее исключительно Императору Богов, Карающему Небеса, прародителю всего пути меча в мире, до которого не могли коснуться даже другие боги творения, было даровано Юнь Чэ.

Удивление Ли Суо было несоизмеримо с тем, что чувствовал Юнь Чэ.

Три миллиона лет ожидания и одиночества… для нынешнего Мо Су, кроме его одержимости, действительно не осталось ничего по-настоящему важного?

Душевное море Юнь Чэ сотрясалось, а сердце бешено колотилось.

То, что Мо Су лично даровал, несло в себе смысл первозданного начала… Это было подлинное, неподдельное искусство первородного меча, которого даже Ни Сюань не смог добиться. Как же Юнь Чэ мог сохранить невозмутимость перед ним?

Не отвечая Ли Суо, его душа и сердце, словно увлечённые неодолимой силой, обратились к медленно проявлявшемуся искусству меча:

【Искусство Меча, Карающего Небеса】

<em>Небесный свод рушится, меч рассекает первозданный хаос.</em>

<em>Полностью уничтожаю путь небес, разрубаю небесный купол.</em>

<em>Одним мечом пронзаю небеса, десять тысяч кальп возвращаю к первоистоку.</em>

<em>Хаос и пустота — основа, жизнь и смерть — [лишь] скорбная жертва.</em>

Эти краткие тридцать два иероглифа основного свода Юнь Чэ постигал очень долго. Потому что каждый раз, когда в сознании прояснялся очередной иероглиф, казалось, будто незримое намерение меча врезалось в его душевное море — это не было тяжело или больно, но ощущение было такое, словно всю его душу пронзали насквозь… и так тридцать два раза.

Пока эти тридцать два иероглифа не врезались в самые глубины его души навечно, так что забыть их было невозможно.

Но душа его не успела и отдохнуть, как вдруг скрытое в технике намерение меча неожиданно высвободило пронзительный для души свет, и его многократно пронзённое душевное море начало издавать сильнейшие, почти сокрушительные колебания:

【Меч повеления богами】

<em>Божественное повеление [объемлет] девять небес, меч направляет [силы] Тьмы и Света (Неба и Земли).</em>

<em>Очищаю от грехов божественных князей, отсекаю демонов лжи и безумия.</em>

<em>Десять тысяч богов склоняют головы, небо и земля становятся ножнами.</em>

<em>Совершенный плод [постижения] застывает на лезвии, путь точится о камень.</em>

【Меч истребления кошмаров】

<em>Кошмарное пламя полыхает в небесах, меч восстаёт из бездны.</em>

<em>Пресекаю корни и плоть кошмаров, сокрушаю безумную навязчивость.</em>