1990 год

And then she turns to me with her hand extended

Her palm is split with a flower with a flame

And she says «I’ve come to set a twisted thing straight».

And she says «l’ve come to lighten this dark heart».

And she takes my wrist, I feel her imprint of fear.

And I say «I’ve never thought of finding you here».

И затем она поворачивается ко мне с протянутой рукой,

Её ладонь распорота цветком в огне.

И она говорит: «Я пришла, чтобы распутать кое-что запутанное».

И она говорит: «Я пришла, чтобы осветить это тёмное сердце».

И она берёт моё запястье, я чувствую след её страха.

И я говорю: «Я никогда не думал, что найду тебя здесь».

В этом году Мэри родила первого ребёнка — маленькую девочку по имени Рейчел, в честь её матери. Рейчел Марлин.

— Не буду врать, — сказала она Римусу по телефону, — я молюсь, чтобы она была сквибом. Я не выдержу возврата ко всей этой волшебной херне.

Она пригласила его на крещение, и он пришёл, чувствуя себя обязанным. Его нога не ступала в храм уже больше десяти лет, а эта католическая церковь в Кройдоне была огромной. Грант не пошёл с ним, сказал, что ему слишком страшно, что он воспламенится, если переступит порог.

— Это идиотизм, — вздохнул Римус, устало и без юмора. — Мэри в буквальном смысле ведьма. Если она в безопасности в церкви, то…

— Мой дед был проповедником, — содрогнулся Грант. — Они смогут увидеть всё, что я думаю.

Грант редко так упрямился, так что Римус отправился один, пытаясь не вспоминать о похоронах.

После церемонии в соседнем зале начался небольшой праздник, и Мэри хвасталась своей малышкой. Она была великолепна: пухленькая, с огромными карими глазами и крупными тёмными кудряшками, и не вызывало сомнения, что её заразительная улыбка когда-нибудь станет такой же ослепительной, как улыбка её матери. Римус нервно помахал хихикающему ангелочку и погладил мягкую маленькую ручку.

— Я просто души в ней не чаю, — выдохнула Мэри и подняла её повыше. — Хочешь подержать? — ухмыльнулась она и засмеялась звонким девичьим смехом, который вернул его на годы в прошлое. — Да я шучу, Римус, дорогой. Погоди, отдам её маме Даррена на пару минут, давай мы с тобой немного поболтаем…

Они уселись на красные пластиковые стулья в тихом углу церковного зала с бумажными стаканами водянистого апельсинового сока. Небольшое помещение было заполнено шумным семейным праздником и играющими детьми. Семья Мэри была просто громадной и такой же яркой и дружелюбной, как сама Мэри. Римус ощущал себя не в своей тарелке, но это чувство было его старым другом.

— Значит, ты не собираешься выходить замуж? — спросил Римус. — За Даррена?

— Ш-ш, а то мама услышит, — засмеялась Мэри. — Она просто в ярости, разумеется, она притворяется, что мы провели церемонию бракосочетания на Ямайке ещё до того, как зачали Рейчел. Не, мне этого не хочется — у нас практически нет свободного времени с этой мастерской и нашим новым домом…

Римус с улыбкой кивнул. Было так приятно снова сидеть рядом с Мэри, пока она легко болтала, полная энергии и счастья.

— А что насчёт тебя, всё ещё живёшь в Сохо? — спросила она, окидывая его оценивающим взглядом. Он пришёл на церемонию в костюме, который однажды купил в благотворительном магазине. Он был нормальным: напоминал 70-е годы и был ему чуть велик, но сейчас так всё равно было модно.

— Да, — кивнул он. — Не думаю, что когда-нибудь перееду, честно говоря, потому что квартира находится в собственности.

— Есть парень?

— М-м, вроде как…

— Я знаю, что есть, не обязательно быть таким загадочным. Это магл?

— Ага.

— О, как бы я хотела, чтобы ты приезжал почаще в гости, Римус. Я за тебя переживаю.