Глава 250

— Это место великих легенд.

Барош произнёс это, оглядываясь по сторонам, едва мы вступили в Зволен. С чего бы вдруг такие предания? Пока вице-магистры недоумённо переглядывались, Барош и Херто направились к статуе в самом центре площади.

Величественное изваяние монарха. Впрочем, он казался скорее святым, чем королём. Судя по надписи, это был святой Ласло – великий христианский правитель, объединивший разрозненный Мадьярорсаг.

— Он не только сплотил страну, но и сокрушил нечестивых иноверцев, турок и куманов, пришедших с востока, — вещал Барош. — Он покорил Хорватию и разнёс славу нашего народа по всему свету.

— И за свои деяния он был канонизирован как святой Ласло, — добавил Херто.

Похоже, Барош и Херто безгранично почитали этого короля. С тех пор прошло четыреста лет, так что моих скудных познаний в истории не хватало, чтобы вспомнить подробности. Антон, внимательно изучавший статую, подал голос:

— Это святой Ласло. Один из святых, особо почитавших Деву Марию.

— Святой Ласло? А-а, тот самый, что по откровению Богородицы изгнал Сатану?

— Вообще-то, по преданию, Дева Мария исцелила его после нападения Сатаны, — поправил Антон.

— …Кхм, ну, суть-то одна.

Следуя за Хильдой в церковь, куда я ходил без особого рвения, мне часто доводилось разглядывать фрески. Теперь я припомнил, что среди святых, окружавших Марию, действительно был Ласло.

Что ж, понятно, почему венгры до сих пор его так чтут. Хотя в книгах Лилли жизнеописания королей Кароя и Лайоша – эдаких мадьярских Квангэтхо – впечатлили меня куда больше.

— Зволен называют королевскими охотничьими угодьями, — продолжал Барош. — Здесь веками забавлялись правители Мадьярорсага. Король Ласло скончался от болезни во время подготовки к крестовому походу, и его последним пристанищем стал здешний замок Альтсол.

— Говорят, в миг его смерти из леса вышли бесчисленные олени и оплакивали его. Так родилась легенда, которой гордятся все жители Зволена.

— С тех пор олень стал символом короля Ласло. Этот знак украшал даже его первый свод законов и использовался долгие годы.

Барош и Херто наперебой пустились в объяснения, но, честно говоря, меня это мало трогало. Впрочем, портить им удовольствие я не стал и делал вид, что внимательно слушаю. Глядя на то, с каким жаром они расписывают историю, я невольно подумал:

«Наверное, я бы так же вдохновенно расхваливал иностранцу короля Седжона Великого?»

В конце концов, закончив исторический ликбез у новоявленных учителей, мы отправились на встречу с лордом Зволена – правителем Альтсола, который скромно именовал себя простым хранителем охотничьих угодий.

К моему удивлению, он пожелал принять меня наедине.

Обычно при встрече с незнакомцем полагается держать при себе стражу.

— Вольфрам из трансильванской Бистрицы, значит… — задумчиво произнёс он.

Лорд Зволена оказался благообразным пожилым джентльменом. Морщины на его лице хранили печать прожитых лет, а в глазах светилась мудрость. Он не спешил с вопросами, а сначала долго и спокойно изучал меня.

— Несколько дней назад здесь проходила трансильванская конница. Какое отношение вы имеете к ним, благородный господин?

— Никакого. Знаю лишь, что они из Клаузенбурга.

— Вот как. А вы не задумывались, почему ваш акцент так неуловимо отличается от их говора?

— …

Мой венгерский был безупречно литературным. Но у каждой провинции есть свой говор и интонации. Трансильвания – это окраина, и я понимал, что разница должна быть.

Не ожидал, что встречу аристократа, который заметит это так быстро. Впрочем, враждебности он не проявлял. Скаутер определил его склонность как «Честность (нейтралитет)». Для владетельного лорда – личность на редкость порядочная.

— Трансильванская конница, а за ней – благородный господин, скрывающий своё имя. Ваша цель – те молодые австрийские дворяне, которых удерживают трансильванцы. Мои догадки верны?

— …Верны. Но скажите, лорд, вам не страшно?

Он остался один на один с человеком, который может оказаться вражеским рыцарем. Взять в плен старика для меня не составило бы труда, но он смотрел на меня не моргая.

— За свою долгую жизнь я повидал немало людей и научился их читать. Вы не похожи на того, кто станет угрожать немощному старику. В вас виден рыцарь, почитающий честь и справедливость.

Его спокойствие поражало.

Он неуловимо напоминал мне дедушку Бертхайма.

— Склоняюсь перед вашей мудростью. Я – барон Розенхайм из герцогства Берен, что на границе Империи. Глава дома Штрайт, и, волею судеб, носитель прозвища Рыцарь Шторма.

— О, вы проделали долгий путь. А о Рыцаре Шторма я даже слышал в героических поэмах.

Неужели песни добрались и сюда? Впрочем, бродячие музыканты вечно в пути, так что ничего удивительного. Похоже, лорд Зволена из тех, кто прислушивается к уличным слухам.

— Прошлой ночью мне приснился сон, — заговорил он. — Одинокий волк вёл меня, старика, в лес Поляна, в те самые королевские угодья. Мы почти добрались до Оленьей святыни, где святой Ласло узрел божественного оленя, но тут я проснулся. К чему бы это? Почему я видел волка и святыню?

Волк – это я, а святыня – наследие Ласло?

Лорд Зволена не выдумывал небылиц, он говорил чистую правду.

— Вольфганг Риттер фон Штрайт. Так меня зовут.

— И впрямь, доблестный мчащийся волк! Имя идеально подходит тому, кто проделал такой путь.

— Вы владеете немецким, милорд?

— Немного. Дела давно минувших дней.

Воспоминания явно были горькими: он невесело усмехнулся и пригубил вино. Поднявшись, старик замер перед настенным гербом своего дома. На щите был изображён олень.

— Мой род веками хранил эти угодья. Прошло много времени, прежде чем семья простых егерей стала правителями Зволена. Но на мне эта история закончится.

— Почему же?

— Нашего Ворона больше заботит изгнание турок и борьба с Империей, чем трата денег на охоту. Нужен ли ему теперь хранитель лесов? Скоро наш дом станет лишь одним из многих заурядных поместий Мадьярорсага.

Гордость егеря. Даже если другие дворяне смотрят на эту должность свысока, за сотни лет такая служба обретает вес и почёт. В этом и заключалось величие дома Зволеньегер.

— Те люди направились в Лученец. Сейчас они, должно быть, миновали Мишкольц и прибыли в Дебрецен. Если поспешите, настигнете их до того, как они пересекут границу у Оради.

— …

— Если у вас есть время, завтра мы вместе отправимся в королевский лес.

— Хотите проверить то, что видели во сне?

— Я считаю это знамением. Но выбор за вами. Если решите продолжить погоню – я не стану вас удерживать. Воля волка превыше всего, верно?

Гнаться за ними или пойти в лес? Спасение кронпринца было первостепенной задачей, но сон лорда о волке и святыне не давал мне покоя.

С тех пор как я открыл событие «Кровь волка», этот зверь стал моим символом. Сон лорда Зволена с высокой вероятностью мог быть скрытым квестом. Возможно, я получу новую черту.

Идти по следу или поддаться любопытству? В итоге я решил ненадолго остаться в Зволене. Я и так знал, что конечная цель похитителей – Клаузенбург.

К тому же, когда ещё мне выпадет шанс закрыть подобное событие? Лорд Зволена довольно улыбнулся: у него наконец появился повод прогуляться по старым тропам.

— Господин, я тоже хочу в этот лес!

— И я! Нельзя упускать шанс увидеть легендарную святыню!

Барош и Херто в возбуждении едва ли не на коленях умоляли взять их с собой. Пришлось включить этих фанатов короля Ласло в свиту. Остальные вице-магистры лишь недоумённо качали головами.

— А если новости о грабежах в Прьевидзе и Гандлове дойдут досюда, не будет ли проблем?

— К тому времени нас здесь уже не будет. Как только вернёмся из леса, сразу выдвигаемся в Лученец.

Размолвка с соседним ленным владением была, но они напали первыми. Хотя к гадалке не ходи – они выставят жертвами себя. Хорошо, что Зволен далеко от Тренчина.

Слухи сюда доходят долго. В Гандлове мы немного пограбили, но никого не убили, так что местные, скорее, пребывали в растерянности.

На следующий день я в сопровождении Бароша, Херто и поискового отряда во главе с Тедом последовал за лордом Зволена в чащу. Я допускал возможность засады, но старик был чист.

Его честная натура не знала коварства, к тому же Скаут администратора подтверждал его полное спокойствие. Напротив, лорд казался непривычно бодрым.

— Примерно здесь я и видел волка.

— Да? На вид обычная тропинка.

— Я пойду по его следам, куда бы он ни вёл.

Лорд спешился и пошёл вверх по тропе. Мне ничего не оставалось, как слезть с Хрисос и пойти следом. Место было жутковатое для охотничьих угодий.

Словно первобытный лес из начала времен.

Даже в Пойзене, где зверья пруд пруди, не так мрачно.

Углубившись в чащу, мы вышли к маленькой церкви. Старый священник и юные послушники засуетились, поражённые внезапным визитом лорда и его гостей.

— Милорд, какими судьбами? Вы не заглядывали к нам целую вечность, — приветствовал его священник.

— Ха-ха-ха! Гляжу, отец, вы всё ещё в строю. Пожалуй, покрепче меня будете.

— Благодатью Господней держимся. Радуюсь вашему здоровью.

— А что за юные братья с вами?

Священник печально вздохнул:

— Войны не стихают. На улицах полно несчастных детей, которым некуда податься. В приютах епископства мест нет, вот я и привожу этих агнцев сюда, дабы наставить на путь истинный подальше от мирской суеты.

— Ваша добродетель всегда была для меня примером, — молвил лорд.

Старики пустились в воспоминания. Тем временем Барош и Херто осматривали церковь, а Тед решил разведать окрестности. Не стоило оставлять меня одного среди этих старцев.

— А кто этот достойный господин?

— Благородный Вольфрам из Бистрицы. Тот самый волк из моего сна. Он должен привести меня к святыне, и я провожу гостя туда же.

— Вот как. Значит, на то воля Божья. Аминь.

Мы покинули церковь и пошли дальше. Вскоре ко мне подошёл вернувшийся Тед.

— Господин, этот лес в точности совпадает с лесом на той карте.

Карта, о которой он говорил, была второй из тех, что я раздобыл в трущобах Брайсбурга, когда ещё был рыцарем герцогства. Её нашли во время облавы на воровское логово.

На первой был изображён пейзаж с мельницей, ручьём и скалой – описание настолько заурядное, что искать было бесполезно. Тед, впрочем, до сих пор бросается на каждую мельницу, аки Дон Кихот.

Вторая же карта изображала лишь густой лес. Верх лаконичности. Мы обыскали леса Пойзена и Базеля – всё впустую. И надо же, чтобы этот лес оказался именно здесь.

— Ты уверен?

— Да! Кажется, Оленья святыня – это и есть цель!

Тед так и светился уверенностью.

Сон лорда, волк, святыня… и эта карта.

Неудивительно, что мы ничего не нашли в Берене – сокровище ждало в венгерских землях. Видимо, мне суждено было оказаться здесь с того самого момента, как карта попала мне в руки. Черт, везёт же как утопленнику.

— Вот мы и на месте. Оленья святыня.

Хм. Обычная лесная поляна.

— Чувствуете? Прямо в воздухе разлита святость, — прошептал кто-то.

— По мне так просто место как место, — отрезал лорд.

— …

Старик умел осадить. Барош и Херто, только что сиявшие от счастья, застыли в разочаровании. Обычный пятачок земли.

И это всё? Впрочем, в этот лес нельзя войти без дозволения дома Зволеньегер, так что таинственность места годами подпитывала воображение простых людей.

— Легенда гласит, что здесь король Ласло принёс клятву дружбы своему брату, и тогда явилось стадо священных оленей, благословив их. Но на деле здесь ничего особенного.

— И даже памятника нет?

— Вот и весь памятник.

Одинокое дерево да вросший в землю камень с надписью. Больше ничего.

Барош и Херто всё же опустились на колени в молитве.

— Позволите нам осмотреть окрестности?

— Ищите, если думаете что-то найти.

Я велел Теду прочесать каждый куст. Лорд Зволена, попросив сообщить, если что-то обнаружится, ушёл обратно к лесной церкви. Я же просто растянулся на траве, глядя в небо.

В чаще было прохладно, но на поляне стояло удивительное тепло. После бешеной гонки за кронпринцем меня начало клонить в сон. Я чувствовал, как мои люди встали в охранение.

Сон пришёл быстро. В нём все исчезли, а на поляне стояли волк и олень. Они казались величественными и святыми. Забавное сочетание, конечно.

Звери обернулись, словно приглашая следовать за собой.

Мы поднялись выше, в самую глубь святилища, где открылся десятиметровый скалистый каньон. С одного из склонов тонкой струйкой, подобно фонтану, стекала вода. Красивое зрелище.

Поднявшись по крутой тропе между скал, я увидел скрытую в зарослях пещеру. Волк и олень скрылись внутри. В этот момент я проснулся. Первым я увидел встревоженное лицо Теда.

— Всё ещё пусто?

— Тут слишком сложный рельеф, одной карты мало.

— Мне только что приснился сон. Возможно, он укажет путь.

— Что? Сон?

Оставив недоумевающего Теда и бойцов, я направился прямиком к месту из видения. Поднялся по крутому склону, продрался сквозь кусты, сверяясь с памятью.

И нашёл вход в пещеру, где человеческая нога не ступала вечность. Пока все застыли в изумлении, Тед бросился внутрь. Я же остался снаружи и ополоснул руки в чистой воде горного ручья.

— Нашли! Старый сундук!

Наконец-то. Сундук был древним, потемневшим от времени.

Барош и Херто впились глазами в надпись на крышке.

— «Посвящаю сей меч брату моему, Гезе».

— Это точно о брате короля Ласло!

Барош тут же пояснил, что Геза был старшим братом Ласло. Он победил в войне за престол Шоломона, неофициального короля, и получил признание от императора Византии.

Но правил он всего три года, после чего трон перешёл к Ласло. Я собственноручно открыл крышку. Что там? Историческая реликвия? Раз обещали меч, значит, он там.

[Использован предмет: карта «Брату Ласло»]

[Награда: Олений меч Ласло, 10 000 очков, 100 золотых монет, фрагмент №1 стратегической карты]

[Получена черта: «За Мадьярорсаг!». Боевая мощь и лидерство венгров в составе вашего дома повышены на 50%. При активации навыка: боевая мощь против иноверцев временно возрастает на 200%.]

Олений меч Ласло. В идеальном состоянии.

Та же надпись, что была на сундуке, дублировалась на клинке.

Это оружие и эта способность были созданы исключительно для венгров. Вправе ли я оставлять их себе? Барош и Херто в один голос твердили, что это тот самый легендарный клинок.

— Невероятное сокровище! Это истинное провидение Господне!

— Возможно. Но возникнет вопрос о праве собственности.

— Что? Господин, это же вы его нашли!

— Мы смогли искать только с позволения лорда Зволена.

Конечно, можно было утаить находку, но я не хотел обманывать старика, который доверился мне и привёл сюда. Солдаты не понимали, зачем сообщать об этом лорду.

Когда мы вернулись к лесной церкви, я показал Олений меч лорду Зволена. Тот онемел. Кажется, он и в самом деле не верил, что мы что-то найдём.

— Здесь написано, что король Ласло подносит этот меч королю Гезе.

— О Господи! Значит, легенды не врали? Неужели на моём веку случилось такое чудо!

Старый священник и лорд заворожённо склонились над мечом.