Глава 518

— Я и представить не мог, что Португалия находится так близко к морскому пути в Индию. Если они монополизируют всю прибыль от этого маршрута, то вполне могут вытеснить Майнцский союз.

— Дело принимает скверный оборот. Теперь мы не можем просто так поддерживать Португалию.

— Если бы не откровение Господа, мы бы совершили роковую государственную ошибку. Поддержи мы Португалию в усмирении иноверцев, они бы всенепременно возобновили свои морские экспедиции.

Поскольку поддержка христианского государства считалась едва ли не священным долгом, министры пребывали в замешательстве, не зная, где провести черту. Однако они сошлись во мнении, что сейчас не время позволять португальцам возвращаться к исследованиям океана.

— Такая вероятность существует, но нынешняя Португалия не в силах удержать путь в Индию.

Пока страна содрогается под ударами ислама, у португальцев не хватит мощи защитить маршрут, даже если они откроют его раньше нас. Сейчас они вынуждены бросать все силы, включая исследовательские группы, на изнурительную борьбу с исламскими пиратами.

Но главное – Жуан II меня боится.

Как бы он ни притворялся, ему не скрыться от взора «Скаута».

Он наверняка помнит, как португальская армия была безжалостно растоптана копытами кавалерийской дивизии, наделённой характеристикой «Кошмар Иберии». Крах королевского войска означал падение авторитета монарха. Начальник штаба Кислинг заговорил:

— На самом деле есть множество способов заставить Португалию отказаться от заморской экспансии.

— Кислинг, изложи подробнее. Какой метод будет наиболее эффективным?

— О, военный министр наконец-то меня признал! Позвольте доложить со всей уверенностью. Во-первых, Португалия находится под тяжелейшим финансовым гнетом из-за военных репатриаций и вторжения иноверцев. Сахар и вино с Мадейры приносят доход, но этого катастрофически мало.

Военные репатриации Португалии составляют пятьсот тысяч золотых монет.

Альфонсо V оставил Жуану II в наследство колоссальные долги.

Как и в случае с другими странами, было решено выплачивать сумму частями в течение десяти лет, однако, согласно отчету министра финансов, последний платеж был просрочен. Что ж, значит, пора отправить уведомление о взыскании.

— Пусть Его Светлость Герцог, самый богатый человек в мире, выкупит будущее Португалии. Если предложить один миллион золотых в обмен на все права по освоению Африки и передачу колоний, разве португальский король не задумается? Его страна на грани краха, сейчас не до Африки.

— Нет сделки чище, чем та, что решается деньгами. А второй вариант?

— Если король Португалии всё же рискнет и откажется ради будущего, нам следует связаться с герцогом Браганса. Это самый влиятельный вельможа королевства, который спит и видит, как бы подорвать власть монарха. К тому же аристократия недовольна тем, что королевская семья монополизировала прибыль от сахара Мадейры.

Если использовать герцога Браганса и недовольную знать, Португалия развалится от междоусобиц даже без помощи иноверцев. Жуан II окажется в безвыходном положении. В итоге ему придётся пойти на сделку, скрепя сердце.

— Какая удача, что дела у Португалии идут так скверно.

— Судя по всему, им сейчас не до Индии – трон бы удержать.

Министры, которые ещё недавно паниковали, узнав, что португальцы дошли до устья реки Конго, теперь явно успокоились, поняв всю плачевность их положения.

Георг, до этого молча изучавший карту, подал голос.

Для Римской республики эти новости были не самыми приятными.

— Ваша светлость, наша Римская республика во многом зависит от средиземноморской торговли. Появление пути в Индию означает закат Средиземноморья. Это кризис для всей Италии.

— И это станет началом неминуемого краха Венеции, вложившей огромные капиталы в Восточное Средиземноморье.

Георг лишь безмолвно открыл рот. Только сейчас он понял, почему я поддержал Венецию, когда герцог Милана (Людовико) завел речь о Кипре. То же самое осознали министр иностранных дел и Кислинг.

— Чем сильнее Венеция цепляется за Кипр, тем глубже она заходит в трясину, из которой нет выхода. Герцог Милана хотел использовать захват Кипра как повод для атаки, но на самом деле он лишь подыгрывает венецианцам. Что скажете?

— В глазах Его Светлости Герцога, знавшего всё наперёд, это, должно быть, выглядело как жалкий фарс.

— Приятно видеть в твоих глазах проблеск искреннего уважения ко мне.

Кислинг смущённо улыбнулся, и в зале раздался смех. До этого момента Кислинг считал меня кем-то вроде деспотичного начальника. Не зря же он, мечтая сбежать домой, с такой наглостью подавал прошение об отставке.

Однако Георг оставался предельно серьезен.

Для него это не было поводом для смеха.

— Прошу прощения, но, думая о будущем Римской республики, я не могу смеяться.

— Не беспокойся. Римская республика – моя территория, и я не позволю ей прийти в упадок. Через несколько лет торговая компания Штрайта будет переименована в Ост-Индскую торговую компанию Штрайта.

— Это значит, что вы доверите торговлю с Индией Римской республике?

— Возглавлять её будет не Римская республика, а Ост-Индская торговая компания Штрайта.